Вечер обещает быть жарким и непредсказуемым в Их жарком ноябре. Встреча с клиентом отдаленно похожа на неудачную авантюру, а выдающаяся работа заставляет перенести конец дня прямо в кафе, где уютное пламя камина и шоколадная чипсы только подчеркивают неразделенную тоску....
Помогает надеть, завязать пояс, и я удивленно верчусь перед зеркалом — все же, как мало нужно женщине, чтобы в одно мгновение почувствовать себя королевой! Просто надеть дорогую шубку — и ву-а-ля — из Золушки превращаешься в царственную особу.
— Нравится? — лукаво посматривает на меня Покровский.
— Еще как… — мои глаза горят восторгом, и этот восторг ничем не скрыть.
— Уверена? Или еще посмотрим?
— Нет, нет. Мне нравится!
— Берем?
— Да.
Поглаживаю рукой мягкий мех. Улыбаюсь. Нет, правда. Пусть глупо, но это счастье — когда мужчина покупает тебе шубу.
— За сапогами и в ресторан? — расплачиваясь за шубу, улыбается мне в ответ Костя.
— Отличная идея, — расцветаю я.
С сапогами возимся не долго, благо в здешних магазинах почти нет покупателей. Из коричневой кожи, на каблучке — они идеально сочетаются с моей пушистой обновкой. Нам предлагают к сапогам сумку — тоже очень хорошего качества, из натуральной кожи. Я стараюсь не смотреть на ценник, и все равно нервничаю — по моим меркам мы потратили безумно много денег.
На выходе из магазина беру Костю за руку. Украдкой целую его в щеку. Он улыбается, сжимает мои пальцы крепче.
— Все, в ресторан. Я есть хочу, — тянет меня вперед. — В «Амстердам» поедем. Там вроде кухня сносная.
В «Амстердаме» уютно. Мягкие стулья, белые скатерти, учтивые официанты.
Нам приносят солянку, стейк из свинины, лосося в соусе «Терияки». На десерт — яблочно-грушевый штрудель и горячий кофе."
"Жаркие взгляды, улыбки — кажется, после обеда в ресторане мы снова окажемся в каком-то уединенном месте с большой кроватью.
— Куда больше хочешь — в гостиницу или ко мне домой? — тихо шепчет мне на ушко Костя.
— Куда ближе?
— В гостиницу, она через дорогу.
Поглаживает мое колено, и я ощущаю, как сбивается дыхание от его откровенных прикосновений.
— На пару часов?
— Можно.
В груди разливается жар. В глазах туман. С ним — куда угодно, лишь бы снова гореть от его порочных ласк.
Телефон взрывается звонком в моей новой сумочке, будто бомба замедленного действия. Я вздрагиваю.
На экране высвечивается номер моей мамы.
Хмурюсь. Что могло случиться? Может, у Евы поднялась температура? Грипп, запросто можно подхватить.
Беру трубку.
— Аня, он ее забрал! — кричит в трубку мама, и я чувствую ее истерику.
— Кто забрал? — непонимающе переспрашиваю.
— Валера!
Что-то обрывается внутри.
