Василиса, теперь Томпсон, явно неожиданно увидев знакомую после долгих лет разлуки, испытала неловкость и смешение чувств. Но когда я вцепилась в нее с объятиями, решив воспользоваться случаем для дружеского потасовки, она оказалась готова к этому с улыбкой, несмотря на свою явную робость. Иллюзия дара здесь кроется не только в новых отношениях между подругами, но и в их стремлении сохранить прежние моменты безусловной дружбы независимо от перемен....
Я тяжко вздохнула.
Пришлось пересказывать курс биологии по микроорганизмам.
Со временем мы постепенно сблизились с сестрой Кестера.
Особенно помогло то мое выступление за ужином, по поводу ее жениха. Почувствовав в моем лице вполне влиятельную поддержку, — все же целая божественная посланница! — она начала искать моего общества, нерешительно проверяя, правда ли я против кандидатуры лорда Лотиана в качестве будущего владыки Медового острова и выдержу ли противостояние с матушкой?
Исдин оказалась хоть и замкнутой и довольно необщительной, но вполне адекватной девушкой.
Похоже, любой человек, настроенный против принудительных браков, в ее глазах становился достойным уважения.
— Такое чувство, что у меня снова появилась сестра! — оговорилась она как-то, а я насторожилась. О второй сестре я пока еще ничего не слышала, но расспрашивать подробнее постеснялась.
Для средневековых нравов — понятия примерно равнозначные.
Периодически мы вместе медитировали: в беседке, пока стояла тёплая погода, а позже, когда осень вошла в свои права, и в ее комнате. Исдин часто давала мне свои учебники с пометками на полях, сделанными специально для темной, не знакомой с азами магии попаданки.
Дара я никакого в себе по-прежнему не чувствовала. Кроме того же, что и у Кестера, который за официальную магию не считался. Способность видеть фейри от меня никуда не делать, но ни двигать взглядом предметы, не воспламенять их я так и не научилась. И даже спонтанных всплесков, по словам Исдин, нормальных для юных не обученных магов (в моем случае — для неопытных посланников), со мной не случалось.
Хотя, может, тот змей и был всплеском моей специфической магии? Не знаю, но больше таких пугающих визитёров ко мне не являлось.
Поначалу уход в себя мне никак не давался. Ну не получалось у меня отрешиться от мыслей и происходящего вокруг. И если окружающую среду я как-то еще умудрялась иногда игнорировать, то бродящие в голове бесконтрольные мысли были настоящим бичом медитации — я все время отвлекалась.
Зато когда я попробовала уйти в астрал на полянке с фейри, дело пошло куда веселее.
