Василиса, теперь Томпсон, явно неожиданно увидев знакомую после долгих лет разлуки, испытала неловкость и смешение чувств. Но когда я вцепилась в нее с объятиями, решив воспользоваться случаем для дружеского потасовки, она оказалась готова к этому с улыбкой, несмотря на свою явную робость. Иллюзия дара здесь кроется не только в новых отношениях между подругами, но и в их стремлении сохранить прежние моменты безусловной дружбы независимо от перемен....
Вряд ли у них серьезные талмуды с расчетами лежат в читальном зале, но мало ли что мне вдруг попадётся среди старых книг? Чем древнее содержание, тем больше в нем правды.
Если, конечно, страницы не подправили. Но будем все же надеяться на лучшее.
— Вы несказанно щедры к скромной посланнице, — на всякий случай я продолжила сидеть со скрещёнными руками, пока все остальные не расслабились и не занялись поданным обедом.
Повара расстарались на славу. Медовых соусов на столе стоял необходимый минимум, в мясе вдруг чудесным образом обнаружился перец, а в божественном супе из телятины — лавровый лист.
Когда дело дошло до десерта, брат Каллум утер рот салфеткой и небрежно бросил ее на стол.
— Благодарю за ужин, он был очень кстати. Весь день в дороге из столицы, не успел даже перекусить, — дежурная холодная улыбка адресовалась леди Дуглас, которую та восприняла с восторгом школьницы, получившей автограф лично из рук кумира.
Поднявшись, жрец перевёл взгляд на Кестера.
— Пользуясь оказией, король уполномочил меня передать вам некие бумаги, — и сделал многозначительную паузу, которую лорд понятливо заполнил.
— Прошу в мой кабинет, брат Каллум. Принесите нам вина и закуски, — бросил лорд в сторону, слугам, тоже поднялся и отодвинул мне кресло.
Я как раз нацелилась на добавку потрясающе нежного запечёного куриного филе в сливочном соусе. Кроме соли и перца, других приправ не было, но после сушки на соревнования для меня это был деликатес. Ощутив, как стул из-под меня уходит, я едва успела привстать, чтобы не оказаться на полу.
После секундного замешательства я приняла предложенный локоть и степенно поплыла из зала вместе с двумя мужчинами.
Жаль, до булочек с вареньем из ранней земляники дело не дошло.
Жрец недовольно на меня косился, а в коридоре, ведущем к кабинету, наконец решился возразить:
— Лорд Дуглас, вы уверены, что стоит доверять государственные тайны посторонней женщине?"
"Интересно, тут главный затык в том, что я посторонняя или что я женщина? Кажется, кто-то у нас женоненавистник.
Даже интересно, как можно было так извратить веру в Богинь, чтобы начать презирать наш пол? Богини ведь тоже дамы. Что-то тут не то.
