Василиса, теперь Томпсон, явно неожиданно увидев знакомую после долгих лет разлуки, испытала неловкость и смешение чувств. Но когда я вцепилась в нее с объятиями, решив воспользоваться случаем для дружеского потасовки, она оказалась готова к этому с улыбкой, несмотря на свою явную робость. Иллюзия дара здесь кроется не только в новых отношениях между подругами, но и в их стремлении сохранить прежние моменты безусловной дружбы независимо от перемен....
Скорее нужно учиться читать, а то вся важная информация ускользает.
— У меня нет секретов от невесты, — Кестер перехватил мою соскользнувшую было руку и сжал пальцы. — Я уверен, она будет хранить их как свои собственные.
Неожиданно. Ладно, может, ему тоже не по себе рядом с жрецом, как и мне? И лорд меня тащит с собой как моральную поддержку? Будем бояться вместе.
Жрец на секунду сбился с шага и бросил на меня новый, какой-то оценивающий и еще более пристальный взгляд.
— Как скажете, владетель, — кивнул он после секундной паузы.
Порог уже ставшего практически родным кабинета я переступала в смешанных чувствах. На диванные подушечки смотрела чуть ли не с ностальгией. Жаль, что нельзя ими брата Каллума припечатать — руки прямо чесались.
Жестом предложив мне присаживаться, Кестер обогнул стол и занял высокое кресло за ним. Жрец остался стоять.
— Его величество Эррол велел передать вам лично в руки. Предваряя возможный вопрос, подобные указы в скором времени получат все лорды островов, — бросив на меня неприязненный взгляд, изрёк брат Каллум.
Он извлёк откуда-то из рукава свиток и с полупоклоном, куда уважительнее, чем отвешивал хозяевам при первом появлении в замке, передал Кестеру. Тот склонил голову почти к столу и принял рулон бумаги, перевязанный алой лентой и запечатанный золотистым сургучом, на вытянутые руки.
— Его величество король Эррол Второй повелевает, — брат Каллум выдержал торжественную паузу и столь же благоговейно продолжил: — Не позднее чем через месяц после получения сего указа предоставить в столицу всех имеющихся на территории подвластного его лордству острова мужчин в возрасте от двадцати до сорока лет, здоровых и не имеющих физического или умственного ущерба.
На мгновение повисла тяжелая тишина. Кестер как был, так и замер с неразвернутым свитком в руках, то ли забыв развернуть, то ли положено так по ритуалу. На его лицо, закаменевшее пуще обычного, набежала мрачная тень.
— Месяц? — прошептал, скорее даже выдохнул лорд едва слышно. Сглотнул, вытянул вперед руки с подрагивающим свитком. — Принимаю повеление его величества и обязуюсь исполнить в точности, — на последних словах голос сорвался в хрипотцу, но Кестер не откашлялся и более никак своего состояния не выдал.
Занимательно. Это получается, остров лишат всех дееспособных защитников. Останется не особо обученный молодняк, инвалиды и пенсионеры.
