Погруженный в мрачные мысли, мужчина чувствовал себя уязвленным и подавленным. Когда лифт снова начал взбращенный по пьедесталам движение, он ощущал не только жаркий злорадный свет от лампочек, но и свирепую ярость, тянущуюся к нему из самых глубин его сердца. Вокруг стояло безжизненно — лишь слабое свечение, застывшее в бесконечном беспорядке....
Паулс повернулся к Бондареву:
– Умник?
– Форму купить проще простого, – честно ответил тот. – Она не заказная. В любом магазине спецодежды, я узнавал.
– Значит, форма тоже есть – это четыре. Тогда зачем ждать? Вернемся с дела, подчистим за собой, отдохнем – и экспроприируем сумки с налом по-тихому. Все безопасно, если грамотно к этому подойти.
Слова Марка звучали убедительно, и первым, соглашаясь, кивнул Василий, а за ним и Умник. Юрка хотел сказать, что есть еще один путь: плюнуть на инкассаторов с их миллионами и смыться с деньгами казино и новыми паспортами.
«Чертов агент, – про себя выругался Юрий. – Не мог подождать со своими новостями!»
– Постой, Марк, – встрепенулся Андрей. – Кое-что не учли.
– Ты о чем?
– Сумки с выручкой из казино! Если мы рассчитали правильно, их будет не меньше пяти.
Паулс помрачнел. Юрка снова воспрянул духом: пожалуй, это препятствие обойти не под силу ни ему, ни Умнику.
Между ними давно было решено, что глупо пересекать границу с чемоданами, набитыми купюрами. Поэтому Марк навел справки об одной из «черных» московских фирм, занимавшихся переводом наличных денег в безналичные, и счел плату в восемь процентов за эту операцию сравнительно умеренной. «У нас не те суммы, чтобы мелочиться, – сказал он тогда своей группе.
– Контора открывается в десять, – вслух размышлял Андрей, – около банка мы должны быть в восемь. Нет, Марк, извини. Ничего не получится.
«Ничего не получится! Ничего-о-о не полу-уучится! – на мотив „Беловежской пущи“ радостно пропел про себя Юрий. – Мне понятна твоя вековая печа-а-аль…»
– Отчего же не получится? – рассудительно спросил Марк, и Юркина песня оборвалась на полуслове.
Он во все глаза уставился на шефа.
– Здесь оставлять сумки нельзя. – Паулс говорил снисходительно, как с детьми.
Василий недоверчиво хмыкнул:"
"– Где же ты их спрячешь? В лесу, что ли?
– Не самое плохое место. Но найдется и получше…
Он не успел договорить: вернулся Арнольд.
– Завтра едешь за амуницией, – с порога огорошил его Марк. – Четыре комплекта, два про запас. В субботу свидание с инкассаторами, нужно быть в форме.
И рассмеялся, довольный каламбуром.
