Погруженный в мрачные мысли, мужчина чувствовал себя уязвленным и подавленным. Когда лифт снова начал взбращенный по пьедесталам движение, он ощущал не только жаркий злорадный свет от лампочек, но и свирепую ярость, тянущуюся к нему из самых глубин его сердца. Вокруг стояло безжизненно — лишь слабое свечение, застывшее в бесконечном беспорядке....
Как он узнал, что это именно я их выдал – ума не приложу! Но как-то узнал…
– Что он сделал?
– Проводил меня до подъезда – и ведь качественно проводил, я ничего не заметил, – а когда я вошел, дверцу придержал, скользнул за мной и давай душить. Крепкий он был, здоровый, вцепился, как питбуль. И убивал он меня, Ириша, деловито, но не без удовольствия.
Старик снова замолчал.
– Как же ты с ним справился? – осторожно спросила девушка.
Гройс невесело усмехнулся:
– Батарея помогла. Перевалил я его через себя, и вошел он головой в железяку.
– А тот, второй? С которым он играл?
– Второго я больше не видел, и в деле он не фигурировал. Как раз тогда я и начал с палкой ходить – на всякий случай. Имелся у меня один знакомый, и годик мы с ним позанимались. Потом уж я сам… Было время, я себе даже хитрую палочку заказал: пустая, а внутри длинное острие.
– Почему?
Старик посмотрел на Ирку исподлобья.
– Чем опаснее твое оружие, тем сильнее твой страх, – сказал он. – Объяснять не буду, сама поймешь.
Глава 6
Десять месяцев спустя
В городе Воронеже на тихой улочке, находившейся, однако, недалеко от центра, стоял скромный двухэтажный домик. Первый этаж его давным-давно сдавался под офисы и всякого рода магазинчики, но ни один из них почему-то не задерживался надолго в двух маленьких комнатках с закопченными стеклами.
