Боярин-изгой, спасшийся от виселицы, возвращается в новую жизнь с амбициозными планами. Вооружённый опытом и безрассудством, он превращает банду оборванцев в грозную силу, захолустный хутор — в крепость, и покоряет сердце магической боярышни. На пути к построению империи его ждут опасные...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Император Пограничья 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Боярин-изгой, спасшийся от виселицы, возвращается в новую жизнь с амбициозными планами. Вооружённый опытом и безрассудством, он превращает банду оборванцев в грозную силу, захолустный хутор — в крепость, и покоряет сердце магической боярышни. На пути к построению империи его ждут опасные...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боярин-изгой, спасшийся от виселицы, возвращается в новую жизнь с амбициозными планами. Вооружённый опытом и безрассудством, он превращает банду оборванцев в грозную силу, захолустный хутор — в крепость, и покоряет сердце магической боярышни. На пути к построению империи его ждут опасные...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Император Пограничья 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Поучительных примеров? — вскинул бровь Горчаков, явно заинтригованный.
Я пожал плечами.
— Не уверен, что вам будет так уж интересна эта тема. Выяснилось, что местный староста в сговоре с заезжим купцом годами обирает жителей деревни, и когда они попытались убить меня в дороге, пришлось казнить их обоих. После этого даже самые консервативные умы осознали, что иногда следует принять неизбежные перемены.
Повисла звенящая тишина. Все взгляды устремились на меня — кто с удивлением, кто в шоке. Один Илья смотрел с нескрываемым одобрением, явно радуясь полученному подтверждением моей решительности."
"Чувствуя, что одержал верх в этой словесной дуэли, я небрежно пригубил вино и как ни в чём не бывало продолжил рассказ о своих свершениях в Угрюмихе — начиная с укрепления обороны и кончая планами открытия больницы. К концу моей речи Елецкий насупился, Илья сиял, боярыня прикрывала улыбку веером, а Горчаков одобрительно кивал. Лишь граф и графиня сохраняли бесстрастное выражение лиц, но в их глазах я видел искорки веселья.
После ужина граф Бутурлин предложил мужчинам перейти в курительную комнату для партии в бильярд. Я не отказался от бокала отменного коньяка, но от сигары воздержался — не имел привычки к курению.
Елецкий включил маговизор, висящий в углу комнаты, чтобы мы могли послушать вечерние новости.
Ведущий бодрым голосом рассказывал о предстоящих культурных событиях, новых веяниях моды и слухах из жизни высшего общества. Мужчины слушали вполуха, негромко переговариваясь и обмениваясь впечатлениями от ужина.
Внезапно тон голоса ведущего изменился, став более серьёзным и встревоженным:
— А теперь к криминальной хронике. Сегодня утром появились новые подробности о серии убийств, прокатившейся по городу прошлой ночью. Как вы помните, ранее стало известно о попытке похищения боярина Игнатия Платонова людьми графини Белозёровой. Однако дерзкий замысел был раскрыт, и преступники задержаны.
Собравшиеся перевели на меня удивлённые взгляды.
— По нашей информации, сейчас сыскной приказ пытается выяснить, насколько сама графиня Белозёрова была вовлечена в это грязное дело и действовали ли злоумышленники по её прямому приказу. В любом случае, репутации именитого семейства нанесён серьёзный удар. Что заставило их пойти на столь радикальные и недостойные истинных аристократов меры — покажет время. Мы будем держать вас в курсе развития событий.
В комнате воцарилось неловкое молчание. Гости обменивались многозначительными взглядами, кто-то неодобрительно качал головой.
Я спокойно отпил глоток коньяка, лишь краем глаза следя за реакцией присутствующих. Конечно, для Бутурлиных, как и для всей аристократии, любой скандал подобного рода был сродни землетрясению.
