В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
– Закрой рот, пока не получил десять ударов плетьми! Иди в кузницу и не выходи оттуда, пока я не приду тебя наказывать!
От пламенеющей злости напряглась каждая мышца тела. Я готов был порвать обоих на месте! Курт не мог не заметить моего состояния, ведь он отлично меня знал. Но при этом гарпи и не думал двигаться с места и исполнять приказ. Не вовремя он взбунтовался. Я не пожалел гонцов и не пожалею его!
– Не надо! – вскрикнула Нирель и вышла из хрупкого укрытия. Встала между нами и опустила взгляд. – Он не виноват.
Удивительно, но у нее получилось найти слова, которые потушили пожар в моей душе. Я с облегчением выдохнул, обвил ее талию руками и притянул к себе. Взглянул на Курта и тот поспешил отвесить поклон и трусливо убежать. Куда же делась его храбрость? Защитник нашелся! Я не собирался отменять наказания, но Нирель об этом знать не обязательно. Она обняла меня в ответ и положила голову на мое плечо. Я чувствовал тепло от ее дыхания и наслаждался моментом такой невинной, но необходимой, как воздух близости.
"Мы медленно побрели по дорожке в поместье. Девушка не отстранялась, наоборот, обняла меня в ответ, но не решалась посмотреть в глаза. Я не хотел портить трогательный миг словами, хотя и хотел поговорить с ней и обозначить рамки. Предупредить, что еще одна такая выходка приведет ее в стены красной комнаты.
Ко мне в голову пришла занятная мысль. Я понял, как сделать так, чтобы Нирель не наделала глупостей. Я проводил ее в комнату и запер дверь на ключ. Спустился в подземелье и отворил комнату. Подошел к кровати и отстегнул от нее металлические оковы. Намотал цепи на руку и вышел в трапезную, где Стоша готовилась к завтраку, накрывая на стол.
– Доброе утро, господин Дирам, – улыбнулась гарпи.
– Доброе, – кивнул я. – Можешь не готовиться к трапезе. Мы не будем сидеть в зале.
Стоша засуетилась, собирая тарелки со стола в одну стопку.
– И позаботься о том, чтобы твой муж не был голодным перед наказанием.
Она вскинула на меня ошарашенный взгляд, но не стала задавать вопросов. Кивнула, схватила тарелки и выбежала из трапезной.
Я прошел по коридору и с опаской открыл дверь покоев. Все еще не доверял Нирель. Она может притворяться не хуже меня. Но тревога оказалась напрасной.
