Девушка не пробудилась даже тогда, когда я проворачивал ключ в двери и шел по пустому коридору. Мои шаги эхом отражались от стен, но казалось, шум лишь убаюкивал Нирель. Я наклонился и губами коснулся ее лба. Все еще горячий. Надеюсь, кровавая процедура не скажется на ее состоянии. Возможно, надо было повременить, но я не мог спокойно смотреть на эту метку.
Яркое утреннее солнце светило в лицо Нирель и я прижал ее к груди, чтобы она еще немного поспала. Возле кузницы столкнулся с Куртом. Он приводил ее в порядок после работы над оружием для Кирона.
Я кивнул в сторону выхода и гарпи поспешил покинуть кузницу. Я посмотрел на раскаленную докрасна пластину железа, и глубоко вздохнул. Ей будет очень больно, но эта боль станет последней в ее жизни. Она отрежет Нирель от Инфернума навсегда.
Я посмотрел в ее прекрасное безмятежное лицо и впился в теплые губы поцелуем. Нирель резко распахнула глаза и с ужасом взглянула сначала на меня, потом по сторонам. Оттолкнулась и подскочила на ноги. Попятилась назад и уткнулась спиной в стену, где висело оружие.
– Не бойся, – произнес я спокойно и надел рукавицу. Взялся за край пластины и начал подходить к Нирель. – Вытяни руку. Больно будет лишь мгновение."
"– Что ты хочешь?! Безумец! Не подходи! – закричала она, пытаясь нащупать за спиной клинок, но они были плотно закреплены на стене и так просто их из ножен не достать.
– Успокойся. Я всего лишь хочу избавить тебя от метки.
Она взглянула на ладонь и сжала ее в кулак.
– Ни за что! Только тронь!
Я видел в изумрудах ее глаз кипящую злость.
Понимал, что сейчас Нирель на грани и уговорами мне не заставить ее избавиться от метки, но все же решил попробовать.
– Прошу, милая, дорогая моя, не бойся. Мы просто сейчас сведем ее и все. Обещаю, ты почти ничего не почувствуешь. У меня есть заживляющая мазь. Смотри, – указал я взглядом на полку с лекарствами от ожогов. – Пожалуйста. Доверься мне.
Она рассмеялась так громко, что я вздрогнул от неожиданности. Закрыла лицо руками и опустилась на колени.
– За что? – заплакала она и выбила меня из равновесия.
Я растерялся и стоял истуканом с пластиной в руках. – За что?! Дирам! За что?! Я никогда не желала тебе зла! Почему ты превратил мою жизнь в кошмар?!
– Нет. Это не так, Нирель. Ты сама делаешь себе же хуже. Я попросил лишь подчиниться. Поэтому не упирайся. Дай мне ладонь, – протянул я к ней свободную руку. Она подняла на меня жалобный взгляд и замотала головой, спрятав руки за спину.
Ее неподчинение пробуждало внутри гнев.
