В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
Я спокойно уйду, и ты больше никогда меня не увидишь.
Он еще смел просить о пощаде, мерзкое существо!
Нирель зарыдала в голос, и сердце сжалось в тугой комок.
– Отпусти ее! – зарычал я, принимая удобную позу для атаки.
Рука Дирама дрогнула, все сильнее врезаясь в горло Нирель, и я понял, что переговоры бессмысленны. Альва настолько боялся смерти, что был способен на убийство той, что всегда любил."
"У меня были лишь доли секунды, чтобы выбить из рук врага нож. Сделал обманный маневр, будто отступаю назад и заметил, что Дирам немного расслабился.
Когда я вышел из поместья, шантаи под предводительством Тулека как раз въезжали во владения альвы.
– Сынок, – простонала Нирель, и он сорвался с места, прижался к матери и я обнял их обоих так крепко, как только мог.
– Тулек, заберите гарпи. Мы поедем в Маскулайн, а вы с войском можете взять, что душе угодно, а потом разрушьте поместье так, чтобы камня на камне не осталось!
– С удовольствием, император, – улыбнулся друг.
Глава 32
Нирель
Уже два месяца прошло с того дня, как Кирон выдернул меня из кошмара, унижений и боли, а я до конца так и не смогла прийти в себя. Я уже давно забыла о том, что такое нормальный сон. Сначала просыпалась от собственного жуткого крика, перебудив всех жителей дворца. А потом научилась контролировать истерику и подскакивать с постели без лишнего шума.
