В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
Дал кров, еду и даже платил жалование, которого хватало на то, чтобы одеть всех ее детей в добротные вещи из Криелти и позволить обучение в Инфернуме. Взамен она выполняет все мои просьбы и никогда не перечит.
– Гарпи не могли так поступить, – шептала она. – Как же так? Господин, как же так?
Она уже заливалась глазами, когда я махнул рукой в сторону Сайли и на выдохе произнес:
– Искупать, накормить и одеть. Пусть займет свободные покои на первом этаже.
Вытирая слезы, Стоша подбежала к альве, помогла ей подняться на ноги и, подхватив за талию, повела в поместье.
Наконец я мог закончить ужин в спокойствии, но вернувшись в беседку, понял, что стряпня давно остыла, и пропал аппетит. Наполнив кубок скумой, я осушил его до дна, взял с собой полупустую бутылку и отправился в свои покои. Все здесь сияло чистотой благодаря Стоше. Через открытое окно в комнату проникал свежий вечерний воздух и запах травы и цветов. Идеальное место для воспитания детей, но я все еще не нашел ту, которая могла бы стать матерью моих отпрысков.
Я упал на кровать, посмотрел в потолок и отхлебнул скуму. Мне все еще не верилось, что я больше никогда не увижу изумрудных глаз и не коснусь ее бархатной кожи. Сейчас мне как никогда не хватало женского тепла.
Я выглянул в коридор и заметил тень Курта – мужа Стоши.
– Курт! – подозвал его я. – Скажи Стоше, чтобы привела ко мне в покои альву, как только отмоет и накормит.
– Да, господин, – отвесил поклон гарпи и отправился исполнять приказ.
В комнате стало совсем темно, и я зажег свечи. Допил скуму, разделся и лег под одеяло. Уставился на дверь в ожидании альвы. Мне требовалась немедленная разрядка и женщина кстати пришлась ко двору. Промелькнула даже мысль о том, чтобы оставить ее в поместье. Но я быстро ее отмел.
