— Да? — он смотрит, между нами, как собака на кость. — Из моей обширной проверки я понял, что вы двое соперники, у которых, по воле судьбы, общая дочь.
Больше похоже на удар дьявола, когда он под кайфом от своих буйных желаний.
И алкоголь.
В ту ночь в наших обоих системах определенно было чрезмерное количество алкоголя.
— Ты услышал леди. — я одариваю ее улыбкой, которая кричит о фальши. — Мы можем найти компромисс.
В аду.
Пока она катается верхом на моем лице под водопадом вулкана.
Я снова делаю паузу, мои пальцы сжимают чашку.
Это вторая эротическая мысль, которая пришла мне в голову о ведьме за последний час.
Кто я, черт возьми, такой? Животное в период течки?
Она улыбается в ответ, отражая мою нечестную улыбку, и я почти вижу, как яд проливается на землю черным пятном.
— Конечно, мы можем.
Вот.
Похоже, меня ждет проклятая поездка.
Глава 5
Аспен
Я распахиваю дверь своей машины, затем захлопываю ее, и громкий звук рикошетом разносится по тишине парковки.
Она старая, мрачная, с выбоинами в асфальте размером с Центральный Парк.
Но самое неприятное в этом месте это человек, который стоит посреди нее в своем фирменном щегольском черном костюме.
Мне начинает казаться, что он никогда не выглядит менее чем идеально, будто он родился с единственной целью запугивать людей.
Кингсли поглаживает ручку дверцы своей машины — Ауди специального выпуска — словно это давний любовник.
При звуке захлопывающейся дверцы, что является маленьким переводом моего нрава, его губы искривляются в раздражающе великолепной улыбке.
— Имеются возражения, ведьма?"
"Пренебрегая своей постоянной потребностью сохранять спокойствие, я полностью поворачиваюсь к нему лицом, положив руку на бедро.
— Я понимаю, что ты вмешиваешься в мои дела и активно пытаешься выгнать меня из У&Ш, чтобы убрать меня из жизни Гвен, чего, кстати, не произойдет. И хотя ты чертов мудак, ты не идиот. Так какого черта тебе понадобилось пачкать свои чопорные руки о проклятую мафию?
— Это беспокойство я слышу в твоем ядовитом тоне? Я был бы тронут, если бы меня это волновало.
— Ты можешь висеть на замерзшей горе на своем члене, и единственное, что я сделаю, это захвачу попкорн, пока буду наблюдать. Так что нет, беспокойство это последняя эмоция, которую я бы к тебе испытывала.
Он вскинул брови в насмешку.
— Звучит болезненно.
— В моей голове это тоже выглядит болезненно.
— Не знал, что мой член имеет индивидуальный раздел в твоей голове.
— Все посвящено пыткам. Экстремальному типу пыток.
