Морна выходит на поверхность после долгих тюремных лет под землей, и ее радостный вдохновленный взгляд пробуждает надежду у всех. Серг, обычно веселый, теперь скрыт в напряженной задумчивости, но Морна его успокаивает — всё в порядке, их корабль приведет их к желанным местам. Эорн будет виден, и он действительно красив, уверяет она Серга....
Палка, воткнутая в землю острова давала побеги, даже если ее не поливать! Урожаи снимали три раза в год, и жирная земля родила и родила, не истощаясь и не высыхая! Дожди — вовремя, засух нет, потопов нет — живи и радуйся жизни! Пока Создатель не решит, что хватит жить этому пиратскому гнезду…
Архипелаг пиратских островов был ""делом рук"" огромного вулкана, и был на самом деле этим самым вулканом, затихшим в незапамятные времена, но все еще сохранившим остатки прежнего жара. Купальни с горячей водой, гейзеры, плюющиеся кипятком — этими ""чудесами"" здешних аборигенов удивить было трудно.
Путь капитана Ульдира лежал к Главному Капитану, к тому, кто вершил суд и расправу на всем архипелаге. Главный поддерживал Ульдира и уважал его. После возвращения на остров, Мокрассан в первую очередь шел к нему — рассказывал новости внешнего мира, и узнавал расклад сил здесь, на своей второй родине, которая скоро могла стать и единственной.
Глава 7
— Чо, точно — из этих баб? Свистишь?
— Ну гля, гля, болван! Чо я свищу-то?! Вишь, у нее на плече знак?! Это ж гвардия ихняя! Смори, осторожнее — хрен знает, что в башке у дуры! Они все дуры! Бабы-то! А эта дура еще и опасная!
— Как будто другие не опасные…чем дурее, тем опаснее…хватит языком молоть! Раздевай совсем. Совсем, совсем! Только набедренку оставь, штоб дуракам мечталось лучче — чего там под ней! Хе хе хе… А сиськи-то классные! Даром что энта, из гвардии-то!
— Ну баба, как баба…как по мне, так больно уж большая.
— Ни хрена ты ничо в бабах не понимаешь! И не будешь понимать, патамушта твоя судьбина энто портовые шлюхи. И никакие не молоденькие, штоба молочком пахли. Так и сдохнешь тут!
— Как и ты, промежду прочим, как и ты…гля! Глаза открывает! Эй, подруга, оклемалась, штоля? Очнись! Ну, очнись, твою мать!
Морна сфокусировала взгляд, вернее — попыталась это сделать.
