Морна выходит на поверхность после долгих тюремных лет под землей, и ее радостный вдохновленный взгляд пробуждает надежду у всех. Серг, обычно веселый, теперь скрыт в напряженной задумчивости, но Морна его успокаивает — всё в порядке, их корабль приведет их к желанным местам. Эорн будет виден, и он действительно красив, уверяет она Серга....
Босые ноги захолодели на каменном полу, но не до холода! Что за ерунда происходит?! Ведь как ожидалось — он приходит в Эорн, находит Главу клана, сообщает, что пришел помочь. Глава выслушивает и с благодарностью принимает помощь! А что творится на самом деле?! С какого хрена его сунули в камеру, да еще и с ошейником?! Что за….?! Один только мат лезет!"
"Зарычал, и с размаху саданул ногой по двери. Окованная сталью дверь даже не вздрогнула. Жалкий стук, такой, будто кто-то ткнул кулаком в крепостную стену. На славу строили эту темницу!
Разозлился еще больше, начал бить в дверь руками и ногами, опомнился только тогда, когда разбил костяшки в кровь и едва не сломал палец.
Вначале не понял, потом внутри все захолодело — руки не заживали! Похоже, что ошейник препятствовал заживлению! И что это значило? А значило вот что — он не может ""мерцать""! Организм отказывается усиленно регенерировать! Магия не работает! Впрочем, это можно определить только опытным путем…
Боль! Красные всполохи перед глазами! Вырвало.
Тошнило долго, выворачивая желчью — желудок пуст. С полчаса, не меньше, лежал, глядя в потолок, отходил от последствий попытки поколдовать. Когда дрожь в руках и ногах утихла, когда желудок перестал бунтовать, и позвоночник затих после судорог, изгибающих его дугой, сделал новую попытку.
Эта попытка обошлась дороже. Вначале беспамятство, потом — судороги, скрежет зубов, боль суставов, хруст мышц, волокна которых рвались из-за перенапряжения, слабость — руки, ноги, все тело ватное, будто тряпка. Руку поднять трудно, так, будто она весит как мешок цемента. Нога едва сгибается в колене, и каждое движение причиняет боль.
Сколько лежал — неизвестно.
