Воздух над станицей Михайловской был сладким от запахов степного разнотравья, смешанных с ароматами тутового самогона и дымок мангалов. Солнце клонилось к горизонту, заливая золотом папахи и бешметы собравшихся — веселых хмельных подающих признаки праздника Совместного круга Донского и Кубанского войска....
К двум часам пополудни ко входу Зимнего дворца, ближайшему к проходу в кабинет Его Императорского Величества Александра Павловича, подъехала пара карет, вызвав легкое волнение среди гвардейцев, стоявших у входа. Из первой, массивной и основательной, выбрался высокий, хотя и заметно сутулящийся от возраста старик в парадном мундире, расшитом серебром и золотом по темно-зеленому сукну. Его лицо, испещренное глубокими морщинами, с седыми бровями, нависающими над умными, усталыми глазами, было хорошо известно всем в этих стенах.
"Их ждали. Двери распахнулись без задержки, и старый князь, ступая размеренным привычным шагом, вошел в кабинет, за ним внутрь, словно тень, скользнул Вязмитинов. Воздух здесь был теплым и насыщенным слабым ароматом фиалок. Мягкий свет лился из высоких окон, отражаясь в полированной мебели и позолоте. У письменного стола, заваленного бумагами и картами, стоял молодой император. Его изящная фигура, не высокая и не короткая, как у отца, казалась почти юношеской в строгом парадном темно-зеленом с красной подкладкой мундире Лейб-гвардии Преображенского полка.
— Добрый день, Николай Иванович, Сергей Кузьмич, — мягкий голос Александра был тих, но звучал уверенно — надо признать, монарх быстро справился с потрясениями от событий в Михайловском замке. — Прошу вас, присаживайтесь. Оставьте формальности. Здесь мы можем говорить откровенно.
Салтыков и Вязмитинов отвесили глубокие, почтительные поклоны, но от предложения сесть отказались, предпочтя остаться стоять, хоть и без излишней напряженности, демонстрируя готовность к докладу.
— Ваше Императорское Величество… — начал Салтыков, держа в руке небольшую папку, перевязанную тесьмой. — Мы с Сергеем Кузьмичом прибыли доложить о ходе передачи дел из Военной коллегии в будущий… — он чуть запнулся на новом названии, — в будущее Военное министерство.
