Сотник Петро Василич просыпается от зловещего призывного крика Мусы. Темное утро в Хиве несет с собой тревогу — пора дежурить в дворце, где ждет важная тайна. Духота и жара безжалостно окружают воинов, но сегодня они нужны стране как никогда ранее.
Он засыпал меня вопросами о приближающейся армии урус-казаков, о том, какое влияние на торговлю она окажет своим появлением. Не стал скрывать, что нашей конечной остановкой может стать Калькутта.
— Значит, караванная торговля надолго замрет, в Индию вернется голод, как было тридцать лет назад, — без малейшего осуждения констатировал банкир. Наверное, с таким выражением лица он щелкал костяшками на абаке, и сейчас, скалькулировав все в голове, задал странный вопрос. — Ты думаешь, главным вашим противником будут инглиси?
— А кто же еще? Не раджи же? Они слабы, погрязли в грызне, ослабели благодаря проискам Ост-Индской компании…
— Все так! — кивнул со скупой улыбкой банкир и пригубил свой чай.
— И кто же они?
— Бенгальские купцы. Эти паразиты на теле Индостана.
— Купцы не имеют пушек и ружей, — отмахнулся я.
— Пусть так, хотя в Калькутте работает фабрика по производству фитильных ружей, — согласился банкир, но, изобразив на лице таинственную мину, наклонился ко мне и тихо добавил.
То же мне секрет Полишинеля! Странно, если бы у купца, торгующего со всем миром не было бы золота и серебра. Еще чудесатее, когда об этом сообщает финансист.
— Как ты думаешь, почему ингилси малым числом побеждали армии маратхов, впятеро, вдесятеро их превосходящие? Или весьма современную армию покойного Типу Султана, майсурского князя? Наверное, ты думаешь про то, какие хорошие пушки привезли с собой полки Уэлсли-сахиба? Или про то, как они ловко маршируют на поле боя, а туземцы бегают толпой как варвары из прошлых веков?
Разговор становился все более и более интригующим.
— Кто же тот демон, что всех побеждает?
— Золото! — пожал плечами банкир. — Деньги в руках бенгальских купцов. Они скупают задарма товары от миллионов крестьян-надомников и продают ее на север или англичанам. С ними бенгальцы создали как бы союз, как два соседних плюща, обвивающего один плодоносного ствол и сосущего из него соки.
"Я все понял.
