Автор
В третий том "Индульгенции" — без права на смерть проникаешься жуткой неизвестностью: кто ты и где находишься. Воздух густ и тяжел, пахнет кровью, небо мертвенно-лиловое, словно рубец на лице города после битвы за мир. Живые всполохи молний рвут ночную тьму, как игольники пробиваются сквозь плотный снег....
Да, Кристина принцесса, но Видар — мальчик, который выжил в Красном заказе, отправив на тот свет кучу магов. И да, он тот, кому благоволит лично сам император Борис.
— Посмотрим, как ты проявишь себя дальше, — сделала она шаг назад, как бы отступая, что не укрылось от взглядов остальных. — Приятного всем аппетита.
Развернувшись, Кристина отправилась на выход, все той же чуть виляющей походкой.
— Спасибо, — буркнул я и пошел за наш стол. — Черт, еда остыла, — недовольно цокнул языком. — Поганые шавки. Не дали нормально поесть.
С грохотом отодвинул стул и решительно направился к раздаче. Довольствоваться остывшей пищей недостойно князя Раздорова.
Народ передо мной поспешно расступался — это младшие курсы. Старшекурсники ухмылялись, но молчали. Уверен, уже заработал тотализатор — ставки, думаю, делались не на нашу победу, а на время, за которое волчары нас сожрут. Ну-ну, посмотрим. Как бы не подавились.
— Ты нормальный, — на мое плечо легла чья-то рука. — Правильно поставил этих придурков на место. Я Игорь Оборотнев и приглашаю тебя в нашу стаю.
"— Не интересует, — сбросил я его руку. — Мы сами по себе. Еще раз прикоснешься ко мне без разрешения, сломаю любую кость на свой выбор.
— Слушай меня, первач, — его рука опять оказалась на моем плече и больно сжала его. — Я два раза не повторяю-ю-у-у-у… — завыл он, падая на землю.
Три пальца из пяти смотрели в другую сторону от остальных. И хруст такой получился приятный.
— Я тоже, — брезгливо пнув по морде скулящую шавку, я наконец добрался до еды.
Закинув все, что показалось мне аппетитным, на поднос, я пошел обратно. На этот раз передо мной расступались еще быстрей и охотней, и ставки, уверен, возросли, как и уменьшилось время, за которое, по их предположениям, нас или меня грохнут. Это так… пьянит!!!
Чувство опасности, от которого я так хотел избавиться, опять вернулось, и я понял, что его мне сильно не хватало. Бойцовый пес никогда не станет комнатной болонкой, в какие одежды его ни наряди. Эдак не хватало еще адреналиновым маньяком стать.
Ну, и хорошо, что столовая была зоной без магии — схлестнись мы тут по-серьезному, от здания ничего бы не осталось. К нарушителям правила применяла санкции конкретно сама Упырева, и говорят, после этого провинившиеся студенты поспешно покидали академию и потом долго не выходили в свет. Старая темная ведьма хорошо умела ломать неокрепшие умы молодежи.
Дальше мы ели и болтали. Ни о чем. Просто так. Потому что могли и нам было плевать на чужие взгляды.
