Автор
В третий том "Индульгенции" — без права на смерть проникаешься жуткой неизвестностью: кто ты и где находишься. Воздух густ и тяжел, пахнет кровью, небо мертвенно-лиловое, словно рубец на лице города после битвы за мир. Живые всполохи молний рвут ночную тьму, как игольники пробиваются сквозь плотный снег....
— Давай не будем переходить границы? Я пока не готова к столь… горячим отношениям.
— Сдаешься? — прошипел я.
Она выгнулась и вдруг… рассмеялась.
— Ладно, — Мавка скрестила руки, но уголки ее губ дёрнулись. — Допустим, ты не совсем безнадёжен. Но это я сегодня добрая!
— Добрая? — я фыркнул. — Ты чуть не проткнула меня веткой!
— Ну, знаешь ли, — она повернулась, пряча улыбку, — если бы хотела проткнуть, сделала бы это. Чуть-чуть не считается."
"— И? — моя рука, объятая пламенем, еще больше приблизилась к ее лицу.
— Ладно, сдаюсь! — её глаза сверкнули, но не злобой — азартом. — Ты… неплох.
Я отпустил её, откатываясь в сторону. Дышал как загнанный зверь.
— Неплох? — фыркнул я. — Полгода тренировок, а ты сподобилась только на «неплох»?
Она села, поправляя обгоревшие волосы.
— Для птичьего дерьма — гениально.
Мавка исчезла, оставив на полу букет обугленных роз. Я поднял одну — шипы обожгли палец.
— Ведьма, — усмехнулся я, — но симпатичная. Точно ее трахну, но позже. И так, чтобы визжала от удовольствия.
— Как и сказала твой дух — неплохо, — бабкин голос привел меня в чувство и заставил отвлечься от эротичных мыслей. Черт, надо срочно сбросить напряжение, а то скоро выть начну!
— Как по мне, прям отлично. Надрал-таки зад этой зазнайке.
— Не спеши радоваться, -она возникла в дверях. — Хозяин сильного духа не может быть слабым. Поэтому тебе предстоит второй раунд.
После этих слов она посторонилась, и к нам вошли Навка, Пурген и даже Лизи. Для полноты компании не хватало еще Свенельда — но он оказался слишком большим для этой комнаты.
Да за что, мать вашу? Почему меня все не любят и постоянно хотят побить?!!! Ладно, собаки сутулые — сами напросились. Потом не жалуйтесь….
По моим прикидкам, я страдаю уже где-то недели две — время-то тут стоит на месте. И все процессы в организме тоже застыли. И если есть мне все же приходилось — восполнять потраченную энергию надо, то спать нет. А значит, мое избиение проходило 24/7 с небольшими перерывами на еду и лечение.
На моей спине четко отпечатались следы от рогов Пургена — синяк никак не хотел проходить. Добавьте к этому рваный шрам на плече от когтей Навки, вечно дергающийся левый глаз от кошмаров Лизи и отбитые яйца, периодически простреливающие болью.
Мавка все никак не хотела покоряться и постоянно целилась туда, куда не надо.
