— Как тебе удалось все это устроить?
— Я был одним из спонсоров выставки флорентийского искусства, — ответил Габриель, сопровождая ответ легкой улыбкой.
Джулии показалось, что она вот-вот растает и превратится в лужицу, как героиня одного мистического фильма.
— Добрый вечер, мисс, — приветствовал ее бармен. — Что желаете выпить?
— Вы могли бы сделать «Флиртини»?
— Конечно, мисс. Прошу вас немного обождать.
— Какое интересное название для коктейля, — шепнул Габриель, наклоняясь к ее уху. — Где же мисс Митчелл успела попробовать этот деликатес?
— В Интернете. Наткнулась на рецепт. Малиновая водка, клюквенный сок и ананас. Должно быть, чертовски вкусно.
Габриель усмехнулся и пожал плечами.
— Ваш коктейль готов.
Бармен подал ей бокал, украшенный ломтиком ананаса.
— Сэр, а что вы желаете выпить?
— Мне бокал тоника. И добавьте туда немного лаймового сока.
— Ты решил ограничиться тоником? — удивилась Джулия.
— Дома нас ждет бутылка редкого вина. Я потерплю. Кстати, бокалы можем взять с собой. Мы здесь сегодня единственные гости.
— Мне этого бокала хватит на весь вечер. Я не думала, что «Флиртини» такой крепкий.
— Джулианна, весь мир принадлежит нам. Сегодняшний вечер посвящен тебе… и твоим желаниям. — Он подмигнул ей и повел к эскалатору. — Выставка этажом ниже.
На эскалаторе Габриель развернул ее к себе лицом:
— Ты бы знала, как я по тебе соскучился. Дни тянулись еле-еле, но ночи были еще хуже.
— И я по тебе соскучилась, — призналась Джулия.
— Меня так и тянет увести тебя на выставку мебели Викторианской эпохи.
— А почему именно туда?
— Потому что только там есть кровать под балдахином.
Джулия хихикнула и опустила глаза. Она знала, что Габриель умеет владеть собой и это всего лишь шутка. Однако в его шутке было что-то… зовущее. Скрытое приглашение в запретный пока мир.
Габриель внимательно следил за ней, мысленно обещая себе впредь быть осторожнее с шутками.
Профессор Эмерсон не только финансировал выставку флорентийского искусства, но и принимал самое живейшее участие в выборе экспонатов. Водя Джулию по залам, он давал краткие пояснения. Вообще же, сейчас они напоминали пару влюбленных подростков, которых холод и непогода прогнали с улицы в пустые залы музея. Тепло, светло, и никто не мешает целоваться.
Когда Джулия допила свой «Флиртини», Габриель поставил ее пустой бокал на ближайший подоконник, и они пошли дальше. Теперь ничто не мешало им держаться за руки. Габриель был счастлив. Джулия была его сиреной, голосом, которому невозможно противиться. Он гладил ей щеки, шею, плечи, возбуждая ее и возбуждаясь сам.
Они долго простояли возле полотна Филиппо Липпи «Мадонна с младенцем и двумя ангелами». Они оба восхищались этой картиной.