Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Merde! Как всё вернуть назад?
Я надеялся, что рано или поздно Таис успокоится и поймёт, что та ночь с девкой, о которой говорила Моник, давно в прошлом – я уже много месяцев веду себя как примерный муж.
Блядь, как же всё это не вовремя!
Закрывая глаза, я вспоминал Таин взгляд – и это выворачивало меня наружу. Даже когда моя пара боялась клетки, она не смотрела на меня так: тогда это было просто страх; пусть ужасный, пусть неправильный, но всё же просто страх, к которому я, как Альфа, давно привык.
Сейчас же это было открытое призрение.
Как только малышку сморил сон, я положил её в кроватку – не в детскую, где бы о ней позаботилась няня, а в кроватку, стоящую рядом с нашей кроватью – и молча уселся в кресло, пытаясь…
… не думать?
Не вспоминать?
Призрение. Она имела на это право.
И ведь это было сто лет назад, когда…
Откинув голову назад, я попытался вспомнить, почему я в то время был с ней так резок.
Воспоминания путались: я хорошо помнил тот момент, когда подумал, что она меня предала…а вот дальше был какой-то период, который в памяти совсем не отложился – все воспоминания оказались смазаны.
Но девку я действительно оттрахал – в рот, побрезговав кончать в остальное тело. Кажется, перед этим я немного перегнул с Таис, но… самки ведь любят принуждение, любят грубый секс; любят крепкий член в своем теле – неважно где; удовольствие самца дарит удовольствие суке.
Я мотнул головой, припоминая, что именно эти мысли мне нашёптывал мой зверь, когда я пытался удержаться на расстоянии от свой истинной.
Кажется, я тогда был совсем не подарок.
Недавно я убеждал себя, что мы плохо начали: я виноват, Таис виновата.
Но правда заключалась в том, что плохо начал я сам. Один.
