Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Что происходит, а???
И вдруг я услышала какой-то писк. Совсем тихий, мелодичный – но он сразу же оборвал мои расшатанные нервы, заставив меня затрястись от внезапно хлынувшей отовсюду боли.
А ещё этот зеленоглазый, с желваками на лице, выдавшими его напряжение… Зачем он стоит сейчас надо мной, зачем ….
… я перевела взгляд вниз и увидела ребенка.
Дочку.
И я всё вспомнила.
Ещё не совсем осознавая, что происходит, я бросилась к захныкавшей доченьке, беря её на руки… укачивая, успокаивая проснувшуюся малышку, пытаясь дать грудь, чтобы дочка поела.
И лишь тогда я поняла, что молока у меня больше нет. Что я вообще обнажённая.
И что мы находимся сейчас в лесу.
Мы – это не только Жанна и я. Это ещё и Этьен – вон он, стоит совсем рядом.
Прижав дочь к себе, я попятилась назад, пытаясь прикрыть своей обнажённое тело кульком, в котором находилась моя девочка.
—Тая… — протянул мне руку Валуа. – Тая, ты меня слышишь?
— Я не глухая, — прищурившись, ответила я.
Это было грубо, но вместо того, чтобы разозлиться на мой ответ, Этьен как будто расслабился.
—Что происходит? – осторожно спросила я. – Где мы?
— А ты не помнишь? – спросил Валуа, явно надеясь, что память меня подведёт.
Проблемы у меня действительно кое-какие имелись, но полнолуние и откровения Моник я помнила хорошо.
Очень хорошо.
—Я помню, как вы развлекались на полнолуние, — отрезала я, четко разделяя оборотней на них и себя, потому что я никогда не была животным…
Или всё же была? Не так, как оборотни в стае — а физически, оборотившись в волчицу?
—Тая, — Этьен всё ещё протягивал ко мне руку.
Покосившись на меня, он осторожно предложил:
— Может, нам лучше будет поговорить в замке?
—В твоём замке, где всё подчиняется тебе? – обеспокоенно спросила я. Не знаю почему, но сейчас я не боялась спрашивать прямо; не боялась и прямо выражать свои мысли. – Я не хочу туда возвращаться!
—Милая, ты без одежды, — кивнул почему-то на мои ноги Валуа.
Опять нет выхода!!!
Я заскулила и снова попятилась назад.
—Пожалуйста, Тая, — ещё его рука, обращённая в мою сторону, никак не желала опускаться. – Я ведь пообещал, что отпущу тебя с дочерью.
Я вспомнила отрывки из разговора, который я слышала.
То есть это всё он говорил мне?
—Отпустишь? – нервно сглотнула я. То есть… неужели это вообще возможно?
Валуа кивнул.
