Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Женщины рассмеялись, а я дернулась назад, решив незамедлительно вернуться в гостиную. Ещё не хватало, чтобы эти девицы обнаружили меня, подслушивающую их в коридоре.
Честно признаться, их беседа долго не шла у меня из головы.
Я пыталась убедить себя, что просто неправильно перевела или неправильно поняла… но обмануть саму себя не выходило: сплетницы явно считали, что моя судьба уже предрешена.
Но ведь Этьен пока не сделал ничего плохого.
Я чувствовала, что иногда он сильно злится, едва сдерживается, но даже в этом случае, меня никто не запирает, никто не причиняет боли.
А может быть, это только временно, до родов?
Я почувствовала головокружение – и почти без сил упала в кресло, которое стояло прямо у входа в гостиную.
Что, если это правда? Что, если он просто не хочет искушать судьбу – ведь Этьен уже знает, кем именно родится наша дочь.
— Мадам, простите, — услышала я обеспокоенный голос своей новой служанки. – Вам плохо?
— Нет. – Я улыбнулась пересохшими губами. – Просто экономлю силы на вечер.
—О, это хорошо!
Она протянула мне большую чашку и предложила выпить отвар небольшими глоточками.
— Я добавила льда, чтобы он не был горячим.
«Ну, зачем! Как можно портить чай, пустить и травяной, льдом?» — Впрочем, я не стала возмущаться, послушно выпив травяной настой небольшими глотками – универсальное средство для всех беременных оборотниц.
Сразу же после этого Мари, посмотрев на часы, принялась обеспокоенно охать и поторапливать меня к выходу: мол, мы уже опаздываем на целых две минуты, а когда подойдем к шатру, где ждёт Альфа, вообще пройдёт не меньше десяти минут.
Ну да, с моей скоростью.
Послушно накинув теплую накидку, которую Мари принесла из гардероба, я последовала за ней к дверям замка.
Тотчас нас обступили охранники, недовольно косящиеся на мою служанку.
— Вы опаздываете, — пробурчал на французском один из телохранителей. Моя служанка смущенно покраснела и принялась оправдываться. Маленькая храбрая «булочница» изо всех сил пыталась меня выгородить.
— Вы это серьёзно? – фыркнула я на ломаном французском. – Мы задержались всего на две минуты, а не два часа. Хотя… — Ядовитые слова женщин, чей разговор я случайно подслушала, жали меня не хуже настоящий пчел. Почему это я должна оставаться милой с теми, кто изо всех сил пытается от меня избавиться?
Демонстративно ударив указательным пальцем по губам, я сделала вид, что глубоко задумалась.
