Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Молодые – и не очень родители, дети всех возрастов: от малышей, которые по-человечьи кусали детские игрушки, до подростков в неполном обороте; пожилые женщины и седовласые мужчины, с каким-то странным, затаённым во взгляде чувством, разглядывавшие меня.
При нашем появлении все звуки сначала резко стихли. Пока родители неловко переминаясь с ноги на ногу, пытались выдержать положенное приветствие, дети не были настолько официальны.
Этьен успел назвать всего пару имён, когда маленькая девочка лет пяти, подбежав ко мне, ладошкой дотронулась до моего живота и с восторгом спросила:
— У тебя там тозе лебенок?
— Ага, — кивнула я, улыбаясь.
— А кто, мальсик или девоська?
— Девочка, — присев на корточки перед крошкой, сообщил Этьен. – У нас скоро родится маленькая девочка.
—А как её зовут? – спросила малышка.
—Это твоя Луна, её зовут Таис. – протянул Этьен.
—Да нет же, — топнула ногой девчушка. – Маленькую девоську как зовут?
Этьен повернул голову в мою сторону.
—А об этом мы пока не думали, не так ли, дорогая?
Я развела руками.
— Прости, пожалуйста, — обратилась я к малышке. – Мы пока не придумали для неё имя.
—Ну, так же нельзя, — уперев руки в боки, она покачала головой. – Вашей девоське нузно имя.
— Мы придумаем, — пообещала я.
Этьен, поднимаясь на ноги и обняв меня за талию, тут же подтвердил.
— Обязательно придумаем.
—Мозете назвать её Констанс, в честь меня, — предложила бойкая девчушка, вызвав своим предложением всеобщий смех.
И это окончательно разрядило окружающую обстановку.
Удивительно, но, только оказавшись здесь, в этом шатре, я вдруг осознала, что стая Этьена это не только холодные напыщенные снобы, не только звери, помешанные на грубом сексе, это ещё и нормальные семейные оборотни, которые так же, как и оборотни в стае Баева, живут семьями, растят детей, заботятся о родителях.
Самое удивительно, что и Валуа здесь превращался в того самого Этьена, которого я знала в Испании. Он много шутил с женщинами самых разных возрастов: от двух до восьмидесяти лет; находил общие темы разговоров, как с простыми работягами, так и с высокооплачиваемыми специалистами самых разных областей, воспоминал историю стаи со стариками и их жёнами.
А ещё он постоянно касался меня, так, что, в конце концов, я оказалась сидящей в его объятиях, позволяя маленьким ребятишкам дотронуться до моего живота.
И это было так странно… даже пугающе.
Потому что я вдруг поймала себя на мысли, что чувствую себя как дома.
