И, несмотря на ревность, которую волчица Таис неизменно проявляла к Моник, я не верил, что постепенное изменение Таи связано с сестрой Блеза. Скорее, волчица просто активизировалась перед родами для того, чтобы быть способной защитить нашу малышку сразу после рождения.
Впрочем, докторам видней.
Я же со своей стороны замечал, что эта молодая сучка могла бы стать настоящим примером для Таис, если бы та не стремилась её игнорировать: Моник отлично знала, как правильно себя вести как с вожаками, так и с простыми оборотнями. Иногда она устраивала небольшие провокации, но оборотни, в отличие от людей, никогда не придерживались ханжеской морали: связанные оборотни улыбались этому как невинной шутке, а вот свободные… им было по-настоящему весело.
Мы никогда не сдерживали своих самок, понимая, что сучкам нравится совокупляться ничуть не меньше, чем самцам, а потому все смотрели на выходки Моник сквозь пальцы.
Однажды она, обнажённая, удовлетворяла одного из моих Теней-охранников в приемной возле моего кабинета. Девка явно знала, что я пройду мимо и застану её в этой позе – виляющей гостеприимной аккуратной попкой. Открытой к вторжению в рай.
И я действительно прошёл… мимо.
Не то, чтобы мне не хотелось секса – нет, я периодически сбрасывал напряжение в душе, думая о Таис, но уже избегал озабоченно залезать на свою пару. Волк, подкармливая ребенка силой, как никогда понимал, что сейчас не время… для активных упражнений.
Да и вообще.
Сейчас, когда Таис вернулась в стаю, мой зверь стал значительнее спокойней и рассудительней. Ну, я вместе с ним.
Я слишком хорошо запомнил её главный страх – и потому дал себе слово, что больше никогда не буду спешить принимать решения в отношении Таис.
Тая совершила множество самых разных ошибок, но я сделал главную — я вынудил Таю себя бояться.
Глава 14
Тая
Когда-то давно, читая романтические романы о влюбленных, я мечтала о собственном рыцаре на белом коне.
Впрочем, цвет лошади никогда не играл большой роли: в моих мечтах, мой рыцарь непременно увозил меня из холодного, серого Новосибирска в свою теплую страну.
Я представляла себе средневековый английский замок, треск горящих факелов на стене и себя в длинном старомодном платье, идущей чуть позади самого прекрасного мужчины на свете.
Вот перед нами открываются двери в большой, освещенный свечами зал, вот мой рыцарь, чуть замедлившись, поворачивается в мою сторону, протягивая мне свою руку… а на его ладони коварно блестит кольцо Валуа."
"— …Что? — я поднимаю взгляд на рыцаря, силясь в сумраке замка рассмотреть его лицо. И вдруг, как будто по волшебству, вспыхивает множество свечей вокруг нас – на меня, улыбаясь, смотрит Этьен.
Нет! Это не правда! Он не может быть моим рыцарем.