Я поддаюсь назад, пытаясь вырвать свою руку из ладони Валуа, но Этьен уже крепко прижимает меня к себе, не давая сдвинуться с места.
Его латы больно царапают мою кожу, его меч больно впивается мне в бедро.
Я вскрикиваю, пытаясь позвать кого-нибудь на помощь…
…и просыпаюсь.
Проснувшись, я уже наяву почувствовала на себе мужское тело: Этьен закинув на меня одну ногу и заботливо обняв рукой мой живот, крепко спал.
Правда, одна часть его тела уже пробудилась и сейчас больно впивалась в моё бедро.
Скосив взгляд на «предмет», я попыталась отстраниться немного в сторону, но из-за цепкой хватки Этьена, какого-то значимого эффекта это не дало.
Я продолжила свои слабые попытки освободиться, радуясь, что Валуа всё ещё спит. Чтобы на всякий случай в этом убедиться, я в очередной раз подняла взгляд на Этьена и тут же вздрогнула.
За моими действиями внимательно наблюдали зеленые глаза опасного хищника.
Застигнутая «на месте преступления», я замерла, не зная, что делать дальше: не решаясь ни продолжить своих попыток отодвинуться, ни просто что-то сказать вслух, например, пожелать Этьену доброго утра.
Это был какой-то странный поединок взглядов, где каждый из нас решал свой собственный ребус.
Глядя на внешне спокойного Валуа, я ужасно боялась, что не меня он сейчас представляет рядом с собой — а красавицу Моник, которая день за днём становилась всё более популярней как среди аристократов, так и среди прислуги. У неё за это небольшое время даже прорезались командные нотки при разговорах со слугами; некоторые войны слушали прежде всего её, полностью игнорируя мои просьбы. И если просто представить, что Этьен собрался представить стае свою «истинную герцогиню», то более подходящей персоны, чем Моник, в замке не было.
И даже я не могла этого не признавать.
В этот момент… Этьен, которому будто надоело лежать неподвижно, сделав медленное движение по моему бедру.
Вверх-вниз, вверх-вниз… так, что все мысли о Моник и «истинной герцогини» выскочили из моей головы.
Судорожно поймав воздух пересохшими губами, я ожидала… не знаю, чего именно, но явно не застывшего на месте Этьена.
Он тоже ждал.
Не настаивал, как это обычно бывало – а ждал ответных действий с моей стороны.
Я чувствовала его дыхание на своей коже, слышала звук воя двух волков, чувствовала напряжение, которое повисло в комнате…
Некстати вспомнила о родителях, и об отце, который привиделся мне ночью. Нет, я не оправдывала ни папу, ни всё то насилие, которое он учинил над моей мамой, но…
…что, если бы мама не отказывала отцу в ласке?
Марк вот недавно сказал, что оборотни просто помешаны на своих истинных парах, и когда я спросила об этом Мари, она это признала.
«Так помешаны, что не всегда могут контролировать своего волка, свои и его желания».