В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
Замолчала, смотря на его меняющееся выражение лица.
— Кое с ЧЕМ?! А не с тем ли товарищем, с которым имел честь столкнуться под твоей дверью? Хотя я так и не понял из его блеяния — это твоё бывшее или настоящее?
Я неопределённо пожала плечами. А пусть думает, что хочет. Так даже веселей! Ну и полезней для меня в нашем с ним случае.
— И как это понимать? Хотелось бы конкретики.
— Зачем? Мы с тобой, по сути, друг для друга никто. То, что переспали разок, — сделала ударение на последнем слове. — Не говорит о том, что должны интересоваться личной жизнью каждого.
— Пашуля?! — фыркнул Глеб.
— Он любит, когда я его так называю, — сказала я, опустив глаза вниз, словно смущающаяся барышня на выданье.
Послышалось сердитое пыхтение, а потом вопрос злым голосом:
— Бывший или настоящий? Ты так и не ответила!
— Как сейчас принято модно говорить — «всё сложно»! — серьезно ответила, поднимая глаза. Ни подтверждая, ни опровергая статус бывшего.
Глеб нахмурился.
— Хотел обсудить, как мы теперь будем вести себя при этих самых встречах у них.
Ага-ага, именно это ты и хотел обсудить! Ладно, сделаем вид, что поверила! Выпрямилась, перестав подпирать рукой подбородок, и приняла задумчивое выражение лица. Всем своим видом показывая, что я серьёзно обдумываю этот вариант его ответа.
— Со своей стороны обещаю, что больше не буду пытаться тебя задеть, — огласила свой вердикт. — Ну-у, по крайней мере, я очень постараюсь этого не делать. Вчерашний вечер за столом показал, что мы, вполне так, можем сосуществовать, не задевая друг друга. Думаю, с каждым разом это будет получаться всё лучше и лучше у нас. Так что, можно попробовать. Если ты согласен, конечно?
Он осматривал моё лицо так внимательно, что я почувствовала что ещё минуту такого рассматривания и оно будет гореть и пылать, как костёр.
А ещё, этот взгляд вынуждал вспоминать то, что мы творили с ним в клубе этой ночью. Заставляя волну возбуждения пройтись по всему моему телу и сконцентрироваться внизу живота.
Уж не знаю, что именно выдало меня с потрохами — румянец на лице или что-то этакое в моих глазах — но его карие глазки похотливо заблестели, а губы выдали ту самую улыбку, которой он одаривал меня вчера за столом.
