В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
После чего он впился в мои губы, проникая языком в рот, где стал хозяйничать, словно у себя дома.
Вторую руку Глеб положил на мою талию и притянул к себе, меняя моё положение. Я оказалась на его коленях, прижимаясь грудью, которая уже просто ныла от того, как ей хотелось почувствовать руки этого мужчины.
Не знаю, каким образом он уловил этот призыв, но его ладони оказались именно там, где я хотела — обхватывая мои полушария и чуть сжимая. Что заставило меня прогнуться в поясе и сделать этот контакт с его руками ещё теснее и ближе.
Он откинулся на спинку дивана, а я сидела на нём верхом, чувствуя у ягодиц твердость его члена, который тёрся об меня при каждом нашем движении.
Губы отрывались друг друга только на какие-то секунды, пока мы судорожно избавлялись от одежды. И только тогда, когда мы, полностью обнаженные, прижались друг к другу, я прохрипела вопросительно:
— У тебя есть?..
— Да! — понял он меня с полуслова и потянулся к своим брюкам, которые валялись прямо возле нас на диване. Достал дрожащими руками и зубами начал рвать упаковку презерватива.
Я чуть привстала и сдвинулась, давая ему возможность надеть на себя средство защиты. После чего его рука нырнула мне между ног, а пальцы скользнули по моим влажным складкам плоти. Из моих губ от его действий вырывается стон, который я даже не пытаюсь скрыть. А глаза закрываются от тянущей, но жутко приятной, боли внизу живота.
Глеб, обхватив меня обеими руками за талию, вернул меня на прежнее место и без предупреждения насадил на себя одним движением.
Пальцами рук впиваюсь ему в плечи, пытаясь удержать своё тело вертикально и не рухнуть ему на грудь. Он прикладывается губами к моей груди, зажимая сосок зубами и чуть оттягивая. Тут же выпускает его из плена и ласкает языком.
Не девая мне больше ни секунды передышки, он начинает приподнимать и опускать на себе, подмахивая своими бёдрами.
Мы срываемся с ним в бешеный ритм, который вырывает из моего горла крик за криком.
Моё тело простреливает волна экстаза, от которого на какой-то миг я отключаюсь.
А прихожу в себя уже тогда, когда Глеб, напрягаясь всем телом и дрожа, замирает неподвижно внутри меня.
Глава 20
Проснулся от того, что под боком кто-то зашевелился. Улыбнулся, не открывая глаз.
Настроение было отличным.
