Бефальт, потеряющий связь со своими старыми друзьями и привычными путями, пытается выжить во время затишья перед новой бурей в Истории Великих Миров. Его неожиданный рост от нищего к необузданному путешественнику открывает новые двери, но при этом наводит страх и опасение на сердце каждого встречного....
Видишь, сколько человек ты отправил на тот свет? Это твоя вина». Там пока только один. То есть, «лишь» один. Он надеялся, так и останется. Если опять придётся убивать, то, что ему вообще тут делать? Устраивать бессмысленный геноцид? Ради чего? Чтобы показать всем — смотрите у меня больше всех маны?
Всё это пройденный этап. Сейчас его больше волновала идея Микульпа нарастить производство дешёвого мыла. С недавних пор его брат стал помогать голюдской диаспоре. Каким-то образом он добился неприкосновенности у старейшин.
Они часто проводили время вдвоём, и Марк успел прикипеть к этому несуразному, взбалмошному и чересчур доверчивому подростку. Наслушавшись его размышлений о гигиене, Микульп решил исправить ситуацию в мессалле. Только чёртову идеалисту такое могли прийти в голову. Мыло достаточно дорогой продукт, но они разработали дешёвый аналог.
Каждый месяц Мик с парочкой подручных загружали целую тележку и бесплатно развозили его по домам. Иногда Марк составлял ему компанию, но чаще нанимал для защиты парочку человек. Все недовольства он пресёк — хочешь распространять, вот тебе мыло, но в районе мессаллы ошиваются не только голюди, но и ушлые людишки, амбисы и кого только нет.
"Их капитал сколоченный с продаж сгущёнки вырос до сто пятидесяти тысяч фалеров. Казалось бы, какая нафиг сгущёнка? Но вот так получилось. Один королевский двор делал заказы на тысячи фалеров для своих кондитерских. Вовремя скупленные мощности потеснили конкурентов со старта. Цены на молоко взлетели, но потом снова пришли в норму. В общем, он опять наделал шума, и коммерсанты за его спиной скрипели зубами от зависти.
Благодаря тому, что они тесно работали с голюдской диаспорой, рецепты производства долго держались в тайне. Те так люто ненавидели знать, короля и купцов, что подступиться и внедрить кого-то в бизнес становилось чрезвычайно сложно. Марк не обольщался — рано или поздно кого-то подкупят.
Просто ждать он тоже не собирался — на работу брали только местных из Ваабиса.
