В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
– Вон та тощая сосёт ещё как пылесос, прикинь, прям с яйцами заглота делает.
– Мутный, закрой ебальник, падла, – сквозь зубы процедил я. – Не зли меня, или я заставлю тебя самого себя в жопу трахнуть.
– А чё, так можно, да? – удивлённо уставился на меня тот. – Не, погодь, а это будет считаться или сам себя не пидорас?
Стражники уже начали похрюкивать, видимо, подобной логики им ещё встречать не доводилось. Ну так ещё бы, такого индивида, как Мутный, ещё поискать нужно.
– Вы на него внимания не обращайте, он у нас на голову хромает, – объяснила поведение наркомана Лена.
– Да нам насрать, – пожал плечами старший, – но если от него проблемы будут, загремите на исправительные работы.
– Хорошо, мы поняли, – кивнул я и отвесил леща Мутному. – Он больше не будет. Где нам на работу записаться?
– Как в город войдёте, дуйте по прямой до Собора, там вас и запишут, и на места распределят, – махнул рукой вдоль широкой дороги старший. – У храма сквернословить не советую, кстати, легко могут плетью всыпать.
– Ну ни хуя себе у вас порядки, – ухмыльнулся Мутный. – А героин, не подскажешь, кому толкнуть можно?
– Да угомонись ты уже, придурошный, – отвесила ему подзатыльник Лена, а затем невинно улыбнулась стражнику: – Извините, что-то он совсем от рук отбился.
– Я вас предупредил, – флегматично отреагировал тот. – Нам рабочая сила только в плюс.
– Спасибо, постараемся без приключений, – кивнул я, и мы прошли внутрь города.
Глава 4
Люди на блюде
Настоятель, именно так все называли отца Сергия, оказался крепким мужиком, возрастом чуть за сорок.
Ростом почти под два метра, широкие плечи и выпирающий кубик пресса. Впрочем, живот не делал его толстым, скорее, придавал некую солидность.
– Приветствую вас, путники, – сильным, густым голосом поздоровался он.
– Ни хуя себе, скромный, – удержать Мутного от комментариев оказалось невозможно. – Ты сам, вообще, со стороны видел эту скромность? Да я ещё на подходах от размаха охуел!
– Рад, что вам понравилось, – тем не менее Настоятель поморщился, услышав крепкие выражения со стороны наркомана. – Но оно нам само с неба не упало, всё это плоды труда человеческого.
