В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
По крайней мере, я решил именно так, потому что матрацы были застелены, а на гвоздях, на стене, прямо над ложем висели какие-то вещи. Нас же подвели к нарам, на которых постельное бельё было закатано в рулоны, но в остальном никакого отличия.
– Служба через час, ужин через два, – сухо произнёс Николай, развернулся на выход и тихонько добавил: – Выбор за вами.
– А где? Его что, сюда принесут? – уточнил синеглазый.
– Вас пригласят, – не оборачиваясь, ответил тот и вышел.
– Пиздец какой-то, – скептически осмотрел помещение Мутный, – на бомжатник похоже.
– А ты чего ждал? Царские палаты? – усмехнулась Лена и уселась на нижнюю скамью. – Тебе такое вообще привычным должно быть.
– Шлюхам слово не давали, – огрызнулся тот и вместо того, чтобы занять себе место, пошёл шариться по карманам в одежде на занятых местах.
– Мутный, долбаёба кусок! – одёрнул товарища я. – Руки от чужих вещей убери.
– Да там и нет ни хуя, – отмахнулся тот, но даже и не подумал прекращать. – За каким хуем мы вообще на это дерьмо подписались, может мне кто-нибудь объяснить?
– Чтобы понять, как тут всё устроено, – вместо меня ответила Тоня.
– Ну, здесь довольно неплохо, – пожал плечами я. – Всё лучше, чем там, снаружи шататься. Стены создают ощущение безопасности, крыша над головой, плюс кормят, что-то, как я понял, платят.
– Людей в городе не видно, – внёс своё замечание Царь. – Мы пока к церкви шли, да и после, к сараю этому, нам всего пара человек встретились.
– Видимо, все на работах, – предположила Лена и растянулась на скамье, положив голову на скатанный матрац. – Но согласна, посёлочек странноватый.
– Можно прогуляться, осмотримся заодно, – предложила дельную мысль Тоня.
– Чтобы ужин проебать?! – возмутился Мутный. – На хуй нужно такое счастье.
– Возьми Петруху, – дал я согласие на идею Тони. – Прикиньте там, что к чему. Только осторожно, особо нос никуда не суйте.
Девушка кивнула и вместе с Царём направилась к двери, вот только покинуть барак им не удалось, воротина оказалась запертой.
– Всё чудесатее и чудесатее, – ухмыльнулся Мутный. – Ну чё, заебись погуляли?
– Странно, – я подошёл к широкой створке и тоже попробовал её открыть – мало ли, может, Тоня не в ту сторону дёргала.
– Да разъеби ты её, – посоветовал наркоман.
– На хуя? – пожал я плечами. – Нам, вроде, ничего не угрожает.
На сём странности не закончились.
