В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
– Кто? – хрюкнул с дивана Мутный и тут же сложился пополам, выворачивая желудок себе под ноги.
– Ну Жрецы, блядь, какая на хуй разница! – огрызнулась Лена.
В отличие от нас, она уже практически пришла в норму. Ей, похоже, вообще непонятно слово «плохо», «болит», или ещё что-то подобное.
Её силы тоже серьёзно подросли, и теперь она могла поправить наше здоровье, не отрывая задницы от дивана. Не прошло и минуты, как поганое состояние отпустило, а само самочувствие сделалось бодрым, будто мы только что по паре кружек крепкого кофе выпили.
– А Тоня где? – я вдруг заметил, что девушки нет с нами в комнате.
– В сортире я! – донёсся глухой крик. – Блевала. Спасибо, Лен, сейчас намного лучше.
– Да говно вопрос, – крикнула в ответ та, – обращайся. А чего мы сидим-то?
– Сидеть! – рявкнул я, когда понял, что Лена тоже потянулась к трубке и опию.
– Ну Гер, по дэхе раскумарими всё, для настроения…
– Нет, потерпи!
– Ой, да и вали на хуй, козёл! – мгновенно сменилась в настроении та. – Зажал, что ли?
– Да блядь! Заткнитесь вы все на хуй! – крикнул я на полную мощь лёгких.
– Ты чё, бля, ебанулся совсем? – ухмыльнулся с дивана Мутный. – Не ори на хуй, динамики сядут, ха-ха-ха.
– Ща уебу!
– Да всё, всё, ебать. Молчу, – Мутный провёл пальцами по губам, имитируя замо́к-молнию.
– Короче, мы в полной жопе, – начал было Царь, но я запустил в него чьим-то ботинком. – Ты чё, ебанулся совсем?!
– Ебальник завали, щенок, – вместо меня огрызнулась Лена.
– Спасибо, – вежливо кивнул ей я. – Как уже сказал Петруха, у нас образовался небольшой пиздец.
– Хуясе небольшой… – попытался снова возмутиться Пётр, но теперь уже Мутный лягнул его ногой.
– В общем, вторая точка уничтожена, а наши верующие съебались, – наконец закончил я.
– Ой да и по хую́, – отмахнулся Мутный и снова потянулся к трубке.
– Да успокойся ты, ёбаный шашлык, блядь! – уже в третий раз я усадил кореша на место при помощи магии.
– А чё, прям все посъебались? – выбралась из туалета Тоня и встала в дверях.
– Прям да, – вместо меня ответил Царь.
– Он же подох, я сам лично ему ебальник обоссал! – возмутился Мутный.
– Да он-то здесь при чём?! – в очередной раз сорвался Царь. – Помимо него там целая банда. У них оружие, люди, техника, думаешь, для них деревня сильный противник?
– Ну и хуй с ними, деревня с возу, бабе легче, или как там правильно, – покрутил пальцами в воздухе наркоман. – Короче, это не повод устраивать день трезвости и обламывать кайф пацанам.
