В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
– А тебе, мелкий долбоёб, я сто процентов хуй в глазницу вставлю!
– Нас ведь завалят, мудила! – рявкнул я на товарища.
– Да мне поебать! – отмахнулся тот. – Чё, первый раз, что ли? Ну и сдохну, ебать, невелика потеря.
– Это уж точно, Мутный, – Царь появился позади нас, будто из воздуха материализовался. – Плакать по тебе сто процентов никто не станет.
– Ты, блядь, гнид… – договорить корешу не дали, его взгляд осоловел, а с уголка губ потянулась слюна.
– Если бы ты знал, Гера, в каком ахуе я вчера пребывал, когда вы сами появились на моей земле.
– Ты пизде́ть с нами пришёл? – в разговор вступила Лена, скрестив при этом руки на груди.
Царь хлопнул в ладоши, и вдруг улицы, что выглядели развороченными в хлам, приобрели первозданный вид. Однако изменилось не всё, а кое-что даже прибавилось. С обеих сторон улицы расположилась военная техника, вместе с реальным танком. Часть домов с заборами, действительно, смело в одну кучу, откуда до сих пор валил чёрный дым пожара.
Не уверен, что смогу сровнять с землёй всё это благолепие из танков БТРов и УАЗов, да и сдержать их натиск вряд ли получится.
– Не стоит даже пытаться, – покачал указательным пальцем Царь. – Я успею выключить тебя раньше, ну а дальше, сам понимаешь – вам пиздец.
– Ты глухой или тупой? – резко обрезала его самолюбование Лена. – Я спросила, какого хуя тебе от нас нужно? Ты чё повыёбываться просто решил, размер пиписьки показать? Так я её видела, там хвалиться нечем.
– Закрой ебальник, мразота! – зашипел на девушку Пётр. – Я тебя в порошок сотру и по ветру развею, чтоб больше не возрождалась.
– На хуй пошёл, – показала она пацану средний палец и тут же обмякла, ушла в мир грёз вслед за Мутным.
– Ну, теперь можно и поговорить, – нагло ухмыльнулся Царь. – Я хочу, чтоб вы выполнили для меня одну работу…
– Ты ебанутый совсем? – удивлённо уставился на него я. – А просто так поговорить нельзя было?
– Нет, нельзя, – сделал невинное лицо тот.
