Взгляды двух журналистов на встречу с невысокой женщиной из Азади ярко контрастировали — один был наполнен любопытством и опаской, другой — осторожностью и безграничным интересом. На рынке она шла как обычная торговка, но эти глаза... Они заставляли задуматься о том, что скрывает недоступный для многих мир Ирана....
«Черт, я не ошибся! Хромал как раз тот, ради кого и была организована эта облава! Это Эрнст Мерсерер! Вычислили все-таки мы его логово! Хотел смыться, двойной агент!»"
"Буторин напрягся, готовясь к броску, но немцы, как назло, остановились, что-то обсуждая, потом двинулись по левой аллее, уходя в сторону от засады Виктора. Глупо надеяться, что агенты выйдут и попадут без проблем прямо к тебе в руки, но все же это было разочарованием. Теперь все могло пойти не совсем по плану. Выругавшись про себя, Буторин отделился от стены и, низко пригибаясь, пошел следом за немцами, пытаясь сократить расстояние, пока они его не заметили.
До врага оставалось всего каких-то пять метров, когда высокий немец обернулся и от неожиданности вскрикнул.
– Стоять, руки вверх! – гаркнул Буторин по-немецки и навел пистолет на двух мужчин перед ним.
Но немцы не испугались. Или им уже нечего было терять. Может быть, это был шаг отчаяния. Они выстрелили в русского почти одновременно. Буторин ждал такой выходки и в самый последний момент отпрыгнул к железному столбу освещения, на котором, к счастью, не было фонаря.
Ну все! Буторин стиснул зубы, присел на одно колено и, старательно прицелившись, сделал четыре выстрела по ногам немцев. Кто-то из них закричал, длинный упал и снова вскочил на ноги.
И Виктор бросился вперед, перебежками, то и дело меняя направление. Дождаться бойцов из полка НКВД, конечно, хорошо, да только они могут перестрелять ценных агентов. Поэтому надо самому. Длинный поднялся и стал поднимать Мерсерера. Расстояние сокращалось.
