В кабинете царила нестерпимая духота. Открытые окна, словно попытка охладить помещение, лишь усугубляли ситуацию, нагревая воздух до жары накала свечи. Женщина-кадровик с прической "халой" и чрезмерно修身的衣裳，将皮肤上的每一个褶皱都暴露无遗，宛如从食堂来的精巧小甜点。
Она же психиатр, почему она не смогла справиться со своей проблемой? Как позволила второй личности брать над собой верх? Марк плохо разбирался в психиатрии, обычно его волновало только то, как заглушить голоса в собственной голове, но он точно знал, что Ксения была прекрасным специалистом. И если она ничего не смогла сделать, то, видимо, смерть на самом деле единственный выход.
— Будь осторожна, — попросил он.
Рита улыбнулась ему, быстро коснулась его губ, а затем выпрямилась и выбежала из гостиной. Спустя пару секунд где-то далеко хлопнула входная дверь.
— Сделай что-нибудь, — внезапно раздался рядом чужой голос. Марк узнал его: именно он окликнул его в гостинице.
Он вздрогнул и повернулся к Ксении. Теперь на него смотрели два черных глаза, одновременно таких знакомых и таких незнакомых. Ксения обладала непростым характером, но человек, сидевший перед ним, выглядел гораздо более скверным.
— Что ты сидишь? — снова спросил он. — Ждешь, пока я сдохну?
— Именно этого я и жду, — не стал отрицать Марк, отползая чуть подальше.
— Если дашь мне умереть, я тебя с того света достану.
— Вот уж чего я точно не боюсь, — хмыкнул Марк, хотя не мог отрицать, что перспектива привлекательной не выглядела. Он подозревал, что если этот человек сможет приходить к нему, то Павел и Поликарповна покажутся детским лепетом.
— Тупая баба, — злобно процедил Никита, морщась от боли. Он тоже прикрыл глаза, но выглядел при этом гораздо сильнее Ксении, хотя Марк не представлял, как такое возможно, ведь тело было одним. — Если бы она не сопротивлялась… жили бы сейчас в шоколаде… У меня куча клиентов, готовых платить за редкие вещи… а она была прекрасным алиби…
— Кому ты продал гребень старухи из Соснянки? — перебил его Марк.
Никита промолчал, словно не услышал его вопроса.
— Где Ксения? Я хочу видеть ее.
Никита оскалился, что, видимо, должно было изображать ухмылку.
— Нет ее больше.
— Тогда смотреть, как умираешь ты, я вовсе не собираюсь.
Он огляделся в поисках своей трости, но вместо этого наткнулся взглядом на пухлый файл, забитый какими-то квитанциями. Марк дотянулся до него и вытряхнул бумаги себе на колени. Это были ксерокопии квитанций об оплате за клинику. Он сразу узнал эмблему в верхнем левом углу, поскольку у него самого дома хранились такие квитанции.
