В кабинете царила нестерпимая духота. Открытые окна, словно попытка охладить помещение, лишь усугубляли ситуацию, нагревая воздух до жары накала свечи. Женщина-кадровик с прической "халой" и чрезмерно修身的衣裳，将皮肤上的每一个褶皱都暴露无遗，宛如从食堂来的精巧小甜点。
Она бы хотела потерять сознание, как в прошлый раз, но сегодня мироздание было к ней не так милостиво, словно показывая, чем она будет платить за свой выбор.
Она слышала, как в комнату вошел кто-то еще, как захрустели осколки зеркала под чьими-то ногами, но не могла открыть глаза, чтобы посмотреть. Только услышав голос Марка, поняла, что это он.
— Отойдите от нее, — велел он кому-то.
— Это не мы. Мы ничего не делали, — испуганно ответил ему женский голос.
Марк опустился рядом с ней на колени и попытался поднять ее, но Рита только сильнее сжималась в комок, пряча лицо в собственных коленях.
***
— Зачем вы сюда приехали?
— Я здесь работаю.
— Но сегодня суббота, выходной.
— Вы же работаете.
— Я следователь.
— А я медиум."
"Сидящий на стуле мужчина только хмыкнул в ответ, затем что-то коротко пометил в блокноте, лежащем перед ним на столе, и потянулся к бутылке с водой, в которой осталось меньше половины.
— То есть вы не подозревали о том, что здесь произошло, и приехали не поэтому? — уточнил он, сделав несколько больших глотков.
— Не имел ни малейшего представления, — почти не соврал Марк.
Убедившись, что ни Анастасии Меркуловой, ни ее младшей дочери больше ничего не угрожает, Марк и Рита вернулись в салон и были вынуждены вызвать полицию. И Ксения, и Никита к тому времени уже умерли, а избавляться от трупа своими силами казалось обоим очень плохой идеей. Марк предлагал вызвать полицию еще у Меркуловых, но мать Леры твердо заявила, что делать они этого не станут. Она позвонила мужу, которому повезло находиться в этот момент на рыбалке где-то за городом, и сказала, что они обеспечат собственную безопасность своими силами, если вдруг Лера вздумает вернуться.
— Один вопрос, — не удержался Марк, когда они уже уходили.
