Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945 — читать онлайн бесплатно полностью

Гестаповцы, раздосадованные, злые, почти тотчас же вернулись (у меня опять сердце зашлось от испуга – не сунулись бы снова в кладовку!), приступили к нам с допросом: как зовут этого польского «лербаса»? Где он живет? Мы, естественно, этого «не знали», и они, снова поорав в истерике на всех, а больше почему-то на меня и на Юзефа, и, пригрозив нам обоим уже не «холодной», а концлагерем, наконец-то удалились окончательно. Тут мне, конечно, незамедлительно пришлось выдержать вторую баталию – «семейную». Едва затихли за окном чавкающие шаги гестаповских ищеек, как мама заявила мне дрожащим от пережитых потрясений голосом:

– Иди скажи… Скажи этому английскому упрямцу, чтобы он сейчас же убрался отсюда! Сейчас же! И чтобы духу его здесь больше никогда не было!

Я и сама не меньше мамы была напугана нежданным вниманием к нашему дому со стороны гестаповских стервятников, кроме того, опасалась, что если я начну возражать, то мама повысит голос и Джон, несомненно, услышит через стену наш бурный «диалог» и поймет, что здесь вокруг его шальной головы вновь собрались, увы, на сей раз чрезвычайно плотные грозовые тучи, поэтому кротко сказала:

– Хорошо. Успокойся. Сейчас я ему скажу, и он уйдет.

С бьющимся сердцем я вошла в кладовку. Она была пуста. Сквозь неплотно прикрытую раму в темноту залетали, оседали на подоконнике редкие снежинки."

"На второй день, в понедельник, с утра прибежал Толька с запиской от Джона, в которой он с тревогой спрашивал – все ли у нас в порядке? Я коротко ответила: мол, да, к счастью, пока все «о’кей», но попросила его не приходить пока к нам, пообещала, что постараюсь сама быть в воскресенье у Степана.

Оказывается, Джон выпрыгнул в окно, когда гестаповцы пожаловали во второй раз. А в первый раз он сидел, вернее, лежал, распластавшись, под кроватью Юзефа. Просто удивительно, как он втиснулся туда, да еще в такой спешке! Ведь эта самодельная двухъярусная кровать так низко расположена от пола! Представляю, сколько пылищи он оттуда выволок. Вдобавок ободрал часть пуговиц… Позднее Нинка ради интереса, чтобы убедиться, как Джонни там разместился, попыталась повторить его действия. Вылезла из-под кровати вся взлохмаченная, красная, вытащила в кулаке три блестящие серо-зеленые армейские английские пуговицы… В общем, как это и кем сказано? «…И прекрасный донжуан влез со страха под диван».

Но, честно говоря, это сейчас мне смешно, а тогда, в особенности в те мгновения, когда «стервятники» ринулись вслед за Джоном и Янеком в кладовку, – о, тогда мне было не до смеха. Ведь если бы они нашли Джона, нам обоим не миновать концлагеря. Это точно.