Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945 — читать онлайн бесплатно полностью

 – Вы, что, не знаете, что должны отправиться на окопы?! Наглость какая! Сейчас же собирайтесь, пока сюда не пришла полиция! Лербасы, фаули…

– Позвольте… Но нам же не нужно сегодня ни на какие окопы, – с возмущением, не делая попытки вылезти из-под одеяла, возразила я. – Вы же сами сказали – с ними покончено. Ведь уже в прошлое воскресенье никуда не ходили.

– Покончено?.. Когда я сказал? Покончено с первой траншеей, а сегодня вы отправитесь в другое место. В воскресенье же вам специально дали отдохнуть. Давайте, быстрей собирайтесь! – снова повысил голос Шмидт. – Чтобы ровно в восемь были уже на обычном месте!

– У нас Сима заболела – всю ночь кашляла, – сказала я. – Можно ей остаться дома?

– Никаких болезней! – отрубил Шмидт. – Моду взяли – то одна, то другая! За несколько часов ничего с нею не случится. Наоборот, только польза будет: поработает как следует лопатой, разогреется – быстрей поправится.

Ну не гад ли, а?"

"Собирались впопыхах, при этом на все корки поносили Адольфа-второго. Утешало только одно: видно, на Восточном фронте произошло что-то значительное, появились какие-то изменения, иначе они не стали бы пороть такую горячку.

Площадка перед полицейским участком была уже заполнена людьми. Быстро построили в колонну, погнали вперед. Вскоре к нам присоединились Вера, Галя и Нина. Вера посетовала, что в спешке ничего не могла взять для наших пленных, лишь в последний момент сумела стащить из-под носа своей «колдовки» пачку маргарина. У нас троих тоже было негусто – немного хлеба, да я еще прихватила несколько «дерунов», что оставались от вчерашнего ужина. Что же делать – ведь мы не предполагали, что для нас снова начнется «окопная эпопея». Успокаивали себя тем, что, может быть, русских пленных и не пригонят сегодня сюда.

Новая, отмеченная красными флажками по ровному снежному полю «линия Маннергейма» оказалась почти сразу за деревней и проходила вблизи усадьбы Насса. Работать было трудно. Сухой, сыпучий снег сразу набился в клемпы, неприятно холодил ноги. Смерзшуюся, как цемент, землю сначала долбили ломами, затем лопатами отбрасывали в сторону. Вдобавок нам попался каменистый участок, лопата то и дело скребла по заледенелым булыжникам.

Вскоре мы издали увидели русских пленных. На этот раз их поставили почти в конце траншеи. Чуть ближе к нам работали английские и французские военнопленные.

В первый же перерыв мы четверо побежали к нашим знакомцам, но, как я и предчувствовала, нас постигла неудача. Вахманом был опять тот рыжий придурок, он даже не стал нас слушать, твердил, как попугай: «Ист ферботен!»[49] Я попросила вызвать кого-либо из красноармейцев, чтобы передать им хотя бы то немногое, что мы принесли, и тоже получила отказ. Так и ушли ни с чем, ругая на чем свет стоит этого тупицу.