— И все же, что у тебя с этим управляющим? — спросила она без предисловий.
— Не знаю, — честно призналась я. — С одной стороны, он привлекательный, умный мужчина. С другой, я не доверяю ему.
— Сложная ситуация, — согласилась Делия. — А ты что-то чувствуешь к нему?
— Вот в том-то и дело, — призналась я, краснея. — И это еще больше усложняет все. Когда он смотрит на меня, когда приносит букет полевых цветов или предлагает прокатиться верхом, я забываю обо всем. А потом вспоминаю и злюсь на себя за слабость.
— Мне кажется его чувства к тебе искренни, — мягко предположила Делия.
— Возможно, — кивнула я. — Но как это проверить? Как понять, где правда, а где расчет? В моем положении каждый неверный шаг может стоить слишком дорого.
Мы помолчали, слушая звуки сада. Затем я повернулась к Делии:
— А как твои дела? В столице ты рассказала, что Дарена могли забрать. Но что это значило?
Лицо Делии потемнело, и она крепче сжала чашку с кофе.
— Это долгая и не очень приятная история, — сказала она после паузы. — Боюсь, покажется тебе ужасной.
— Полагаю, меня мало что может удивить, — заверила я.
Делия глубоко вздохнула, словно собираясь с силами для трудного рассказа.
— Начну с самого начала, — сказала она тихо. — Я была единственной дочерью Алтона Рейна, владельца процветающих текстильных предприятий. Мои родители погибли…
В ее голосе прозвучала такая боль, что я невольно подалась вперед.
— Я была убита горем, совершенно потеряна, — продолжала Делия. — И в этот момент рядом оказался Сефтон Доуман — друг и деловой партнер отца. Он взял на себя заботы о похоронах, об оформлении наследства, обо всех делах. Я была ему безмерно благодарна.
— Он помогал тебе?
— Так казалось, — горько усмехнулась Делия. — Сефтон был обаятельным, внимательным. Говорил, что отец просил его позаботиться обо мне, если что-то случится. А его сын Фрэнк… Фрэнк был красив, образован, умел быть галантным. В моем состоянии мне нужна была поддержка, и я поверила, что нашла ее в семье Доуманов.
— И ты вышла за него замуж?
— Через год после смерти родителей, — кивнула Делия. — Свадьба была пышной, все говорили, какая я счастливая. Фрэнк получил управление моими предприятиями, ведь женщине, как всем казалось, не место в деловом мире. А я должна была стать образцовой женой и матерью.
— И что случилось дальше?
— Первый год был… терпимым, — Делия выбирала слова осторожно. — Фрэнк играл роль заботливого мужа.
— А ты поверила?
— Поначалу да. Я была молода, неопытна, а он казался таким уверенным. Потом родился Дарен, и я была поглощена материнством. Но через год после его рождения я начала чувствовать себя странно.
Делия замолчала, и я видела, как дрожат ее руки.
— Что значит странно? — мягко спросила я.
— Забывчивость, головокружения, приступы тошноты.