В особняке, отделанном мраморными колоннами и выложенными плитами полом, Адель чувствует себя неловко рядом с невзлюбленным мужем. Ее кипучая атмосфера противостояния в каждом жесте перед свекровью оттеняет тихую внутреннюю борьбу и стремление к самовыражению.
— А как дела с новой линией красителей?
— Мсье Леван прислал письмо, — дворецкий не мог скрыть довольства. — Он восхищен, оттенки, полученные по рецепту вашей тети, произвели фурор у восточных покупателей. Он уже запросил увеличение поставок сырья в два раза. Ваша двадцатипроцентная доля от прибыли в этом месяце составила триста золотых.
— Прекрасные новости, — улыбнулась я. — Значит, инвестиции в красители окупаются быстрее, чем мы ожидали.
— Более того, — Себастьян перелистнул страницы записной книжки, — мсье Леван интересуется возможностью эксклюзивного контракта на три года. Он готов удвоить ваши инвестиции в обмен на гарантированные поставки.
— Я подумаю над его предложением, — кивнула я. — А что с письмами от покупателей лошадей?
— Все покупатели, сделавшие заказы на жеребят будущего приплода, подтвердили свои намерения, — он показал мне аккуратно составленные списки. — Предоплата поступила на счета в полном объеме. Очередь расписана на два года вперед.
— Хорошие новости, — улыбнулась я.
Даже мальчишки, Жак и Сэм, теперь были важными участниками нашего общего дела. Они считались официальными помощниками мастера Жерома и с нескрываемой гордостью носили новые кожаные фартуки, которые я им подарила в качестве «рабочей формы».
— Госпожа! — подбежал ко мне Сэм, когда я выходила из конюшни после вечерней проверки. — А можно мы на ярмарке будем помогать выводить лошадей на старт?
— Мастер Жером сказал, если будем хорошо себя вести и выучим все правила, то разрешит нам участвовать, — добавил Жак, сияя от счастья. — Мы уже тренируемся! Ходим ровным шагом, держим спину прямо и учимся командовать лошадьми голосом!
Их энтузиазм был заразителен. За время нашего знакомства они выросли и окрепли, превратившись из мальчишек в подростков и настоящих помощников.
— Если мастер Жером не возражает, то и я не против, — согласилась я. — Но помните — никаких шалостей во время соревнований. Это серьезное дело.
— Обещаем! — хором воскликнули они и помчались делиться радостной новостью с остальными работниками.
Жизнь шла своим чередом — насыщенная, полная забот и планов, но такая настоящая. Поместье кипело деятельностью, люди работали с энтузиазмом, и каждый день приносил новые достижения. Но только вечерами, когда все дела были закончены и поместье погружалось в тишину, я оставалась наедине со своими мыслями. И с Риганом.
В тот вечер мы сидели на террасе, глядя на звезды, усыпавшие осеннее небо.
