Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
Я постарался быть убедительным, объясняя, что Эйлин зря тратит время, — твердо произнес Шон.
— Молодец, — невозмутимо ответил Росс, а я все сильнее нервничала, чувствуя себя неуютнее с каждым мгновением под внимательным и самую чуточку недовольным взглядом Шона.
— Может, тогда в дом? — он выгнул бровь. — А то прохладно, да и прервали нас на самом интересном месте. И если мы хотим завтра пораньше выехать, то лечь тоже надо бы не слишком поздно, — высказал младший Рейли умную мысль.
— Хорошее предложение, — одобрительно отозвался Росс и наконец отпустил, правда только для того, чтобы взять за руку и потянуть к дому.
"Пришлось идти, старательно не глядя на Шона и умирая от острого приступа смущения. Немного удивляло, что явного напряжения между братьями не наблюдалось, хотя недовольство сквозило, и вот эта маленькая странность тоже не добавляла спокойствия. Мы зашли в дом, я поспешила занять кресло, предпочитая наблюдать за Россом и Шоном с безопасного места, однако кто ж мне даст передышку.
— И что там с феями? — вернулась я к разговору.
— Ну, в общем, насколько мы знаем, они всегда дружили с нашей семьей, — слово взял Шон. — Когда-то один из предков помог кому-то из Малого Народца, как говорят семейные предания, укрыл в Ночь Всех Святых в своем доме. С тех пор с нашим родом пребывает их благословение.
— С одним условием, — подхватил Росс, спокойно положив руку мне на колено. — Чтобы на этих землях обязательно жил кто-то из нашей семьи, и ферма оставалась принадлежащей нам.
Мои глаза, наверное, стали круглыми, как монеты. Я пристально вгляделась сначала в лицо Росса, потом прищурилась и посмотрела на Шона. Поверить было сложно, но, кажется, меня не пытались обмануть…
— Есть старинный кулон, передающийся по наследству, — продолжил Росс, слегка улыбнувшись — видимо, заметил недоверие на моем лице.
— Это не сказка, Кира, — снова взял слово Шон, и его негромкий голос и ставшее серьезным лицо заставили подобраться. — Есть еще кое-что, особый дар кроме удачи в делах, позволяющей нашей ферме процветать.
Вот Станиславский, тоже мне.
