Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
Зачем делать такие многозначительные паузы, мое любопытство и так уже раздразнено.
— И что это? — нетерпеливо спросила я, чуть не ерзая, и решив, что даже если это и легенда для наивной туристки, пусть будет.
Может, потом в тексте где-нибудь использую, кстати, очень классная фишечка. Я же все равно собиралась по Ирландии писать книгу, вот и материал. А Росс вдруг снова медленно погладил по коленке, а потом и вовсе придвинулся и поставил на нее подбородок, прижавшись к моей ноге.
— В нашей семье никогда не бывает неудачных союзов, — ответил он, глядя в глаза.
Вот тут с трудом получилось удержать серьезное выражение лица. Ну да, старая сказка на новый лад про единственную и истинную, сама регулярно про такие пишу в своих книгах. Я девочка взрослая, и в них уже не особо верю, тем более про любовь на всю жизнь. Хотя, опять же, фея… Может, все-таки чей-то розыгрыш? Голограмма там, для особо доверчивых туристов?
— Здорово вам тогда, — кивнула я, решив ответить нейтрально.
Судя по тому, как Росс посмотрел на брата и обменялся с ним взглядами, и по одинаковым усмешкам, оба догадались, что я не особо поверила услышанному.
— Между прочим, зря иронизируешь, — хмыкнул Росс и вытянул свободную руку, закатав рукав рубашки. — До твоего приезда ее не было, — добавил он, а я уставилась на рисунок на его предплечье.
Небольшой аккуратный листок клевера, правда, почему-то нечеткий, словно татушку только начали делать. Ну да, конечно, до моего приезда. Хотя подход оригинальный, согласна.
— У меня такая же, — неожиданно произнес Шон и задрал свой рукав.
Да, и правда. Но многие братья, даже не близнецы, делают себе одинаковые рисунки в знак крепкой дружбы. При чем здесь поиски настоящей любви, не понимаю.
— Смотрю, недавно сделали? — невозмутимо отозвалась я, не проникнувшись серьезностью намеков.
Усмешка Росса вдруг сделалась загадочной, в глубине глаз мелькнул хитрый огонек.
— Думаешь, это мы сами сделали? — он покачал головой, ничуть не обиженный на мое недоверие. Странно даже. — А ты перед сном внимательно посмотри, может, и у тебя где такой же листик, — Росс усмехнулся шире.
