Я мамочка, утирая слезы от крохотных капельки сына. За окном шумит дождь, серые тучи низко висят над крышами, даже цвета фасадов не могут развеять мрачное настроение. Это суровое лето Петербурга, с плюс пятнадцатью градусами и порывистыми ветрами — такая же яркая и непредсказуемая как жизнь в моей душе....
— Рисунок проявляется четче вместе с чувствами, когда они сильнее становятся.
Ага, ага. Я с умным видом покивала, поддерживая игру.
— И что, неужели без этой метки к женщинам даже не подходите? — с наигранно недоуменным видом уточнила я. — То есть, если нет любви — то все, проходите мимо? Кстати, а у двоих появилась сразу, Шон, может, ты зря Эйлин прогнал? — и я с самым невинным видом посмотрела на него.
Бедняга аж пивом поперхнулся, оно у него чуть носом не пошло. Я совсем развеселилась, сдавленно хихикнув, а Росс между тем осуждающе покачал головой, глядя на меня.
— Шуточки у тебя, Кира, — проворчал он. — Не на Эйлин знак среагировал, не говори ерунды."
"— А на кого тогда? — ляпнула я, все еще веселясь, но моментально прикусила язык, осознав, что сейчас спросила.
И внимательные взгляды без тени иронии заставили заткнуться и чуть не поежиться, атмосфера в гостиной ощутимо сгустилась, и воздух едва не потрескивал от напряжения.
— На тебя, — негромко ответил Шон, и я поняла, что шутки зашли слишком далеко.
Ладно, с феей я еще кое-как согласна смириться, и даже с тем, что они покровительствуют семье Рейли, но остальное… Да смешно же, приехать в отпуск и внезапно вляпаться в классическую историю дамских романов об истинной любви, да еще и… с двумя. Братья, похоже, скорее озадачены таким поворотом, чем всерьез собираются соперничать или ругаться. Не хочу даже пытаться распутать этот клубок. Решительно выдохнув, я выпрямилась и аккуратно поднялась с кресла, поставив пустой бокал из-под пива на стол.
— Ладно, раз завтра рано вставать, пойду к себе, — заявила, ни на кого не глядя. — Во сколько выезжаем?
— Думаю, не позже восьми надо, если хотим везде успеть, — Росс тоже встал.
— Отлично, тогда в семь, за час я точно соберусь, — кивнула и направилась к выходу из гостиной. — Спокойной ночи тогда, до завтра, — попрощалась, обернувшись к братьям, и…
Старший Рейли шел за мной с невозмутимым лицом и пристально глядя на меня.
— Я провожу, — обронил он.
Шон выгнул бровь, тихо хмыкнул, и на его губах появилась знакомая кривоватая усмешка, но он ничего не сказал.
