В начале сентября 1941 года, на пороге секретного кабинета вражеской разведки, предстает история о честолюбии и бесстрашии одного майора. Этот роман исследует тени похищения жителей и их попытки искупить вину после войны, создавая атмосферу напряженности и страха военных времён....
А мы на улице пока побудем… Чего стоим? Выходим!
Аверьянов едва кивнул, подождал, когда за Волостновым и Елисеевым захлопнется дверь, и, уже не таясь, не стесняясь нахлынувших чувств, раздиравших грудь, прижал Марусю к себе:"
"– Милая, родная, как же я ждал этого дня! Я знал, что он обязательно случится. Знал, что мы будем вместе.
По лестнице простучали две пары удаляющихся сапог. Маруся негромко плакала. Близость и тепло любимой женщины успокаивали. Как-то мимоходом подумалось о том, что большего счастья он никогда не испытывал.
– Господи, я думала, что больше не увижу тебя. Думала, как же тогда жить дальше… Как ты похудел, – провела Маруся ладонью по его истощенному лицу. – Несладко тебе было.
– Просто не всегда успеваю позавтракать, – отшутился Михаил, – оттого и похудел.
– Ты все шутишь!
– Ничего, я еще потолстею.
– Как же я хочу, чтобы ты со мной был рядом. Всегда! Это возможно? – с некоторой тревогой спросила она.
– Возможно. Но думаю, что не сейчас.
– Миша, я о тебе ничего не знаю, ты как будто бы стал другим. Расскажи о себе, как ты жил все это время, – попросила Маруся.
– Нет, милая, я прежний. Идет война… Рассказывать тяжело. За время нашей разлуки не было часа, чтобы я о тебе не вспоминал. Скажу одно… я выжил только потому, что знал, ты меня ждешь и обязательно встретишь.
– О чем ты таком говоришь, родной, мы не для того встретились, чтобы расставаться… Пойдем в другую комнату.
Поднявшись, Маруся взяла Михаила за руку, потянула за собой и закрыла дверь на ключ…
…Время торопило. Из отведенных трех часов оставалось всего-то двадцать минут. Мысли о разлуке казались невыносимыми. Еще страшнее было подумать о том, что встреча с Марусей может никогда больше не повториться. Стараясь не выдать свое состояние нарастающей болью, Михаил улыбнулся, потрепал ладонью Марусю по щеке и стал одеваться.
