Автор
В дверях, притаившись, слушаю ключи на входе — судьбоносное событие, влияющее на мою карьеру. Дядя Егор внезапно замолкает после долгих размышлений: ожидается нечто грандиозное. Моя неприкрытая любопытность мчится за этими новостями, будто я — главный актер в спектакле, где все решается одним звонком....
— Ты, что, думаешь, что никто вас с Раевским не видит? И все шито-крыто? Я ещё в ресторане обратил внимание, как он тебя вывел, когда меня носом по земле возили. И тогда на съёмках Раевский руки распускал, а ты стояла, как будто так и надо. Так что, Элечка, не будь такой наивной. Вас спалили. Я видел, как он тебе подвозил.
— Что за детский сад? — нервничаю я. — Ты меня тоже подвозил. Только между нами ничего нет.
— Это-то и обидно, Элечка. Всем что-то перепадает, но не мне.
— И что? Ты решил меня задолбать, чтобы я тебе дала, хотя бы для того, чтобы ты отвязался?
— А дашь? — заинтересовывается Лисянский, впрочем, довольно ни искренне. Не удивлюсь, если он сейчас чью-то коленку наглаживает. — Но я так думаю, что надо открыть человеку глаза. Твоему жениху я думаю будет интересно, по какой причине организовалась его срочная командировка.
— Ты — скотина! Он тебе не поверит! — меня уже просто трясет.
— А у меня доказательства есть, — гнусно хихикает Игорь.
— Какие еще доказательства? — у меня сердце пропускает удар.
— Всё-то тебе расскажи, — темнит Лисянский.
— Игорь, не лезь к Марку. Отстань от нас.
— Так я уже, — хмыкает он.
— Что уже? — меня пробивает озноб. Я словно ежа проглотила. Внутри шевелится что-то неприятное, запуская свои щупальца в селезенку.
— Все уже, — еще один мерзкий смешок. — И отправил ему все, и отстал. Теперь решение за ним.
— Ах ты мразь! — кричу я в трубку, чем похоже только веселю Игоря. — Что ты ему отправил?
— Сю-юрпри-из, — гаденько усмехается Лисянский и кладет трубку.
Мечусь по квартире, раненым зверем.
Звоню Марку, он опять не отвечает.
На кухне трясущимися руками наливаю себе воды и проливаю большую часть бутылки.
Еще раз нажимаю дозвон, гудки и ничего.
Да, что ж такое! Он просто занят или больше не хочет со мной даже разговаривать?
Что там Лисянский ему отправил?
Хрен с ней, со свадьбой! Я просто не хочу, чтобы Марку было больно. Он совершенно точно этого не заслуживает.
