— Чего это не будет? — прижав Комира к себе, спрятала его лицо от остальных, прикрыв ему глаза ладонью.
— Целители сказали, вот с чего, — как-то уязвлено пробормотала моя вражина. — Можешь ликовать, лера, матерью мне не стать, да и женой, наверное, тоже. Кому нужна такая ущербная. Боги мне за все отомстили сполна. Но Комира прячь в такие моменты. Пока вырастет — уже все изменится. Он не бешеный — кровь у племени особенная. Его бы вымыть как следует, уверена, блондин он у нас.
Хм... Я приподняла копну грязных волосенок. Ну не блондин, но светло-русый точно.
— Бочки с водой только послезавтра будут, — выдохнула Яська, — площадку у реки расчищают. Попросить бы кого из мужчин взять его с собой на помывку. Я детишек Шафата поведу, они могут и его прихватить. Не обидят. Они добрые мальчики.
— Не надо. Мы сами справимся. Да? — Я заглянула в лицо присмиревшего Комира и, опустив голову, шепнула ему на ухо: — Ничего не скажу. Я и сама знаю, что видения предательски обманчивы. Но, сынок, что ты тут устроил? Дядя Шафат обидится и не станет угощать вкусным, — а вот это я произнесла очень громко.
— Ты там, лера, глупости ему в голову не вбивай, как баловал, так и буду баловать, — послышалось возмущенное за моей спиной.
Комир зарычал и обернулся. Проводил странным взглядом идущего к телегам Хрута. А потом вдруг улыбнулся мне, выскочил из объятий и убежал как ни в чем не бывало.
***
Несколько дней пронеслись так быстро, что я немного потерялась во времени. Лагерь разрастался, мужчины укрепляли на зиму палатки, городили постоянные кострища, запасались сеном для животных. Телеги откатили на специальную стоянку и накрыли плотными чехлами, заговоренными магами воды от дождей. В загонах лениво расхаживали лошади, за которыми было поручено ухаживать подросткам.
Вся эта суета поглощала. Сама не заметила, как оказалась сидящей у открытого огня с толстой иглой в руках. Вечно всем недовольный худощавый Хрут вручил нам с Ксани ворох хорошо выделанных шкур и велел шить плащ-накидки и одеяла.
Естественно, никого не спрашивая, я в первую очередь позаботилась о своих приемышах, смастерив зимнюю одежку им. Потом, само собой, вспомнила и о собственных нуждах. И ничего зазорного в этом не увидела. Кроме того, сложив шкуры на земле, разметила еще несколько детских плащей. Уж малышни у Ярвена под крылом хватало.
— Тебя хлюпик Хрут за это не похвалит, — хмыкнула Ксани.
— Ой, мне до того сучка на дереве мнение этого самого хлюпика. Сама-то что там сшиваешь? — я покосилась на белоснежные шкурки в ее руках."
"— А Комиру твоему другой плащ делаю, — похвалилась она, счастливо меня подтрунивая. — Тот, что смастерила ты, лера, уж больно прост для сына генерала.
Возмущенно приподняв бровь, я разложила детскую вещицу и недовольно засопела.