Нолан Торн всегда знал — его светлое будущее твердило предначертание величины. Но наступила ночь и испытание Уинтер — время, когда даже самые умелые вожди должны узнать себя. Встреча с неизвестностью и потоком исходящих сил загоняет Нолана глубже в тайные уголки своей души, где он познает свою истинную сущность....
Она мгновенно поникла, и Саймон отвернулся к матери, пока не успел передумать. – Мама… прости.
Она вновь обняла его и прижалась губами ко лбу.
– Не извиняйся, мой милый, – пробормотала она. – Поступай так, как считаешь нужным. Только вернись, ладно? Большего я не прошу.
Он кивнул, хотя знал, что не может ничего обещать, и она тоже всё понимала. Как только мама отпустила его, на её место пришёл дядя, и Саймон подавил вскрик боли – он слишком сильно стиснул его в объятиях.
– Мы всегда будем рядом, малыш, – сказал дядя Малкольм.
Саймон кивнул, но когда посмотрел на Уинтер, та отвернулась. Её лицо покраснело от слёз, а Элоиза, уткнувшись ей в шею, неодобрительно заворковала. Но он не обиделся – наоборот, на душе стало легче. Джем легко похлопал его по спине, и Саймон, слабо улыбнувшись, обнял Уинтер за плечи.
Вот и всё. Пусть сейчас они были расстроены, рано или поздно они должны были его понять. А если не смогут – ну, что ж. Зато останутся живы. А это самое главное.
Саймон повернулся к ягуару, и всё тело заныло от усилий, которые пришлось приложить, чтобы просто не упасть.
– Скажи ей, – произнёс он, и ягуар нахмурился.
– Что… – начал он, но Саймон перебил:
– Скажи. Сейчас же. Или я никуда не пойду.
Он не знал, поверил ли ягуар пустой угрозе – честно сказать, он не верил в неё и сам. Но он всё равно сжал зубы, а потом вздохнул, встал на лапы и мотнул хвостом, глядя на одну только Шарлотту.
И не успел никто раскрыть рта, как ягуар исчез, а на месте его появился человек – подросток с тёмными волосами, зелёными глазами и точно таким же хмурым выражением лица, которое было у Шарлотты.
Та убрала ладонь ото рта и просто уставилась на него, мгновенно побелев.
– Бэк? – выдохнула она имя брата. Но когда шагнула к нему, пошатнувшись, тот превратился в сапсана.
– Прости, Шарли, – сдавленно произнёс Бэк Рот. И, не сказав больше ни слова, взмыл в воздух – а Наследники последовали за ним, обернувшись облаком перьев и ветра."
"Шарлотта хрипло, отчаянно закричала, но друзья перехватили её, прижимая к себе, не пуская в погоню за призраками.
Наследники улетели, и на поляне остался один Нолан. Он смотрел на Саймона самонадеянным взглядом человека, который только притворяется, что знает, что ждёт его впереди.
– Готов?
– Нет, – честно ответил Саймон, но пути назад не было.
