В огромном доме, где каждый уголок новаторски обновлен и экологически чист, ты словно оказалась в сказке. Открывая панорамные двери, непреодолимое исступление приглашает тебя к бассейну на высоте с закрытой зеленью вокруг и яркими фруктами из сада - от смородины до спелых яблок. А по соседству - мир: больница, супермаркет, парк. Здесь вдали от шума царит гармония природы, а рядом стучится человеческий уют....
— Я не знала, как тебе сказать… Твои слова тем утром, когда я заговорила о детях, помнишь? Я боялась. Боялась тебе рассказывать.
Он рыкнул, выровнялся.
* * *— Глупая женщина! Ты в своём уме?! Я сказал это, потому что был уверен — ты не можешь иметь детей! Чтобы не заморачивалась! Какая же ты глупая! По-твоему, я конченный ублюдок, уничтожающий младенцев?! Я собрался на тебе жениться, блядь! Нахуя мне убивать ребёнка?! — кулаком в стену до крови, чтобы хоть немного успокоиться. — Значит так, — выдохнул, закрыл глаза, загоняя зверя поглубже.
Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же его захлопнула. Правильно, Белоснежка. Самое время помолчать.
— Ясно?
— Да.
Только сейчас его отпустило. Но пришёл откат. Танком по нему проехался.
— Я приеду вечером. Отдохни.
— Марат! — она крикнула вслед, и он остановился у двери.
— Подожди… Побудь со мной немножко. Пожалуйста. Ты ведь не на заводе работаешь, можешь себе позволить, — уловил в её голосе улыбку, внутри сжалась пружина.
— Тебе нужно поспать. А у меня дела.
Врал. Нет у него никаких дел. И не будет теперь. Только одно. Беречь своего ребёнка.
— Но…
— Никаких «но»! Выполняй предписания врачей, а завтра я тебя заберу, — открыв дверь, обернулся.
Она, видимо, почувствовала холод в его голосе, опустила взгляд.
— Как Виталик?
— С ним всё в порядке. Ты и так это знаешь.
ГЛАВА 12
Марат был молчалив, чем-то серьёзно загружен. Иногда бросал на нас короткий, задумчивый взгляд и снова возвращал его к окну, за которым весь вечер лил дождь.
— Скажи, малыш, давай. Ну же? — я битый час уговаривала Виталика сказать хотя бы одно слово, но он был непреклонен. Упрямо молчал, на что-то обидевшись.
А мне так хотелось услышать из его уст слово «мама».
"— Он устал. Оставь мелкого в покое. Завтра разговоришь, — подал голос Марат, и Виталик тут же среагировал. С интересом уставился на Хаджиева. В глазах сына я видела восхищение, уважение, готовность слушать и слушаться. И это было приятно. Марат действительно будет хорошим отцом, ведь даже чужой ему ребёнок проникся.
— Хорошо. Пойдём, уложу тебя, — взяла малыша за руку, а тот вдруг накуксился, ткнул пальцем в Марата.
