Может, мы своим присутствием привлекли их?
– Ал… – чуть слышно зову я, замечая четвёртого. – Что нам делать?
– Держись рядом, – отзывается он. Если нападут, будешь за моей спиной.
Призраки выходят из укрытий. Мне в голову почему-то лезет убеждённость, что им было бы куда легче напасть на нас, если бы они сделали это внезапно. Я вот вообще не замечала их, пока не показались.
Что они задумали?!
Четыре силуэта приближаются к нам. Двигаются так плавно, будто и правда призраки и парят над землёй, а из-за потрёпанной мешковатой одежды я не могу разобрать, люди или нет.
Не агрессивны, пока, но я чувствую, как напряжён Ал.
Когда нас разделяет не больше десяти шагов, силуэты неожиданно опускаются на колени в почтительном поклоне. Чего?
Запрокидываю голову на Ала, но тот, кажется, тоже не особо понимает, что происходит. Пока один из «капюшонов» не открывает лицо, а остальные не следуют его примеру.
Всё же люди, не призраки. Трое из них мужчины весьма преклонного возраста, последняя женщина. Она первой открылась нам, она же начала разговор.
– Наконец, колесо мироздания вновь пришло в движение. И молодая кровь ступила в начало конца, чтобы замкнуть петлю и начать новый виток, – на смотрит прямо мне в глаза. – Подойди, дитя. Я хочу взглянуть на твой символ истинной любви.
Сказать, что я ничего не понимаю, всё равно что промолчать. Начало конца? Новый виток? Я как-то настраивалась на эпичный поединок с призраками, а нам подкинули очередные загадки.
– Кто ты? – рычит Ал, ревниво прижимая меня к своему боку.
Можно подумать, я собиралась рвануть к ней, радостно показывать метки.
– Та, кого ты искал? – спрашивает у него женщина.
– Откуда знаешь, чего я искал?
– Очевидно, что для незабываемого свидания ты мог выбрать место поприятнее, – фыркает она. – Побереги оскал, мальчик. Приложишь силы в другом месте.
– Следи за языком, – Алистар опускает подбородок.
– Зачем? Для меня ты мальчик. Слишком юный, чтобы считать равным, слишком неопытный, чтобы прислушиваться.
Из моего горла вырывается странный звук, который я пытаюсь прикрыть кашлем.
Зуб даю, с Тенгером в таком тоне даже император не общался. Чувствую, что он закипает, и глажу по спине. Когда он смотрит на меня и его глаза меняют цвет на золотистый, говорю в мыслях.
– Не надо. Это же просто старушка. Дай им почувствовать свою значимость и потрясти опытом перед нами.
– Она может потрясти только песком,– огрызается дракон, но ладонь на моей талии немного расслабляется.
