В закрытом городке ужасных отцов и жестоких мать-попугаем, Инга кажется настоящей редкостью: она дракона любит больше всего на свете. Но когда приходит непростой момент – она продана за бессмертное состояние своему императорскому сопернику, и только надежда на бесценную награду помогает ей выжить в этом жестоком мире....
Похоже, «Истинная одержимость дракона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты потратила много сил, возможно будет головокружение, боль в костях, это нормально. Раньше подобного не случалось, я верно понимаю?
— О, не пытайся делать вид, что тебе не всё равно, — взрываюсь я, сдёргивая с себя его камзол. — Вот, забирай! А меня оставь в покое!
Швыряю в него одеждой и запираюсь в ванной. Оказавшись в одиночестве, падаю на колени и, обняв себя за плечи, кричу.
Громко, не сдерживаясь и не заботясь о том, кто и что подумает. Я слишком долго держала себя в состоянии контроля и больше не могу. Не могу! У всего этого должен быть предел.
Когда горло начинает ныть от боли, я замолкаю и некоторое время просто сижу, обхватив голову руками.
Боги, как же мне теперь… Я не представляю, что делать, не справлюсь с этим. Кажется, сегодня я растратила свой годовой запас удачи, потому как ректор появился настолько кстати, что я готова была в любви признаться. Пока не вспомнила, что он одно из главных звеньев этой цепи.
Удивительно, но это ранит сильнее, чем вся та грязь, которую выдал мне император, все его липкие взгляды, мерзкие намёки…
Больнее всего понимать, что единственный, кто заступился, помог и… проклятье, симпатичен, да, в любой момент отдаст меня этому извращенцу.
Личный надзиратель, надо же. Как и обещал. Не ожидал наверно, что сам им станет. Я в ловушке. Мне не спастись.
Как же я злюсь. На императора, ректора, родителей, за то, что продали меня, а главное — на саму себя. За то, что я такая.
Принимаю душ, тщательно смывая с себя косметику. Из отражения в зеркале на меня смотрит явно не «прекрасный цветок».
Закутавшись в халат, я выхожу в комнату и замираю.
— Ты ещё здесь? — щёки обжигает краской.
Грёбаный ректор слышал мою истерику. А впрочем, пёс с ним.
Ректор сидит у окна. Пока меня не было, он выволок стол и поставил перед окном, два стула. Один так, чтобы видеть сад, на втором уселся с краю сам.
— Должен был убедиться, что не случится нового всплеска. Это опасно, ты можешь погибнуть, если не помочь.
— А может, я и хотела погибнуть?! — вскидываю подбородок.
Ректор не удостаивает меня ответом и кивает на свободный стул. Или скорее на еду.
— Что это? — пытаюсь не подать вида и незаметно проглотить слюну.
