В ночной ужасной аудитории, где каждый ряд окружён криками и бурными applause, ты не можешь скрыться от сверкающих фонарей и громких выкриков. Ты стоишь в четырнадцатом ряду, рядом с Лори, когда внезапно наступает тишина. Вместе со всеми подругами ты узнаёшь чарующую мелодию, а затем чувствуешь зловещий укол проклятия. Сначала казалось, что это всего лишь кульминация концерта, но теперь ты знаешь: наступает военная служба искусителя....
За окном уже смеркалось, а сборы все никак не заканчивались. Я думала, что у меня наберется от силы три сумки с пожитками. Но сильно ошибалась.
В кармане завибрировал телефон. Это звонил Шейн.
— Ну что, Кэс, ты собралась? Думаю, мы можем выехать и ночью.
— Ой, Шейн, нет, — устало протянула я, — Мне нужно упаковать все свои вещи, чтобы освободить тете комнату. А их оказалось как-то неожиданно много. Думаю, закончу только к утру.
— Я сам еще не собирался, только вернулся с работы. Но закончу точно раньше тебя, — усмехнулся он.
— Будет отлично. Тогда до скорого!
Еще через пару часов, моих сил уже не осталось на сборы, все раздражало. Но и откладывать было нельзя. Спину больно сводило от постоянного хождения по комнате, приседаний и перетаскивания вещей.
На столе я увидела белый конверт и тут же вспомнила, что тетя говорила про какое-то письмо.
Отлично, самое время отдохнуть и почитать это письмо. Интересно, от кого оно?
На наружной стороне конверта была лишь надпись: «для Кассандры».
Устроившись на кровати так, чтобы спина могла расслабиться, я нетерпеливо вскрыла конверт и достала его содержимое. Внутри было несколько страниц рукописного текста.
«Здравствуй, Кассандра. Наверняка ты посчитала странным, что я пишу тебе обычное письмо. Но так у меня было больше шансов на то, что ты его прочтешь.
Сейчас, задумываясь о недавнем прошлом, я не понимаю, как мог быть так глуп и так слеп. Девушка моей мечты была совсем рядом, всего в одном шаге, одном слове.
Я повел себя как трус, не смог признаться в своих чувствах, боясь быть отвергнутым. Боясь потерять тебя навсегда.
Но я обязан был сказать тебе о своих чувствах. Ради тебя. И ради себя. Ради НАС. Но спасовал. А ты смогла набраться смелости и сказать мне об этом в лицо.
Я почти решился… Но тогда, на озере, ты говорила о чувствах к какому-то парню. Я и не догадывался, что это намек. Не мог поверить в то, что ты говоришь обо мне.
И эта чертова куртка… Она только укрепила мои домыслы.
Из-за этого я совершил ошибку. Отверг тебя. Я не воспринимал твои слова всерьез, даже когда ты говорила о чувствах в открытую.
А потом еще и нагрубил тебе в доме у озера. Толи ревность застила мой разум, толи та янтарная жидкость… Но я себя ничуть не оправдываю.
